— Чего на пороге стоим, как не родные?

Он нисколько не изменился: невысокий, худощавый, с добродушной улыбкой на лице, седымиволосами и короткой бородой. И все в том же своем потертом костюмчике.

— Рад вас видеть, Семеныч. Как поживаете? — Мы сердечно пожали друг другу руки.

— Жизнь моя течет размеренно и плодотворно, но поговорить я сейчас хочу о твоей, если не возражаешь. А поскольку разговор почти секретный, пусть эти обворожительные девчушки займутся полезными домашними делами.

— У нашего мужа от нас секретов нет! — безапелляционно заявила Русалка на правах ближайшей родственницы гостя.

— Племяшка, я могу назвать тебе множество тем, которые мужчины не обсуждают с женщинами. Ты очень хочешь поучаствовать в этих разговорах? — он произнес это таким добродушным тоном, что Русалка спорить не стала.

— Ладно, мужики. Я поняла: здесь намечается обычный треп. Только нас не обсуждайте. — Она повернулась к подруге и продолжила, обращаясь к ней. — Пойдем лучше примем ванну, отмоемся после леса.

— Да-да, девоньки, а потом ужин накройте. Я же не с пустыми руками в гости пожаловал. Все спрятал в холодильник.

Дамы удалились, а Семеныч спросил:

— Ты в каком кабинете деловые встречи проводишь?

— В том, что напротив гостиной. В самом углу у меня лаборатория.

— Тогда пойдем.

По пути он подхватил свой легендарный видавший виды портфельчик, из которого уже в комнате вытащил небольшой графинчик и парочку стопок. Мы сели за рабочий стол, без тоста чокнулись, хлопнули по пятьдесят грамм обжигающей жидкости, и только тогда гость начал разговор:

— Прибыл я с довольно тревожной вестью, Дмилыч. Она касается нашего общего знакомого Викта.

— С ним что-то случилось? — спросил без надежды на благоприятный для себя исход.

— Пожалуй, да, — задумчиво произнес он. — Однако не то, чего бы многим хотелось.

— Надеюсь, он хотя бы не стал сотником?

— Ничего не могу сказать, Дмилыч. По данным системы он пропал, но точно не погиб.

— А как такое может быть? — спросил скорее для проформы, поскольку догадывался. Такой же случай приключился и со мной, когда основная, ныне правящая система, занимала позиции резервной и едва не была уничтожена.

— Один из способов — перебраться в зону Лихолетья.

— А это где? — Такого названия я еще не слышал.

— Сейчас расскажу… Когда я сам перешагнул восьмидесятую ступень развития, от системы поступило предложение отправиться в смертельно опасное путешествие, где все мои бонусы и достижения будут работать только вполсилы, зато пришельцы — втрое сильнее наших. Предлагали пробыть там три недели и добыть всего один трофей.

— Ради чего? — вырвалось у меня.

— Вот мы и подошли к главному, Дмилыч.

Гость снова разлил напиток по стопкам.

— Давай за твоих девчат, — предложил он. Выпив, продолжил: — Что мне гарантировала система только за выживание в Лихолетье? Три стадии возрождения и рост в ступенях на двадцать пять процентов. За трофей бонусы удваивались.

— Ого! Подозрительно щедрые подарки! Сразу возникает мысль, что от вас попросту захотели избавиться.

— Мне в голову пришло то же самое, — кивнул Семеныч. — Особенно, когда выяснилось, что, вдобавок, система там не работает и стадии возрождения тоже.

— Думаете, Викт отправился туда? Но он же не достиг восьмого десятка в развитии.

— Знаешь, Дмилыч, наблюдая за твоим ростом, убеждаюсь, что правил без исключений не бывает. Я не стану спрашивать, как система смогла прогнуться под тебя и зачем ей это было нужно, но для нормальной работы любого механизма все должно быть сбалансировано, иначе он просто разрушится.

— Хотите сказать, это я расшатываю систему?

— Не совсем так, но… Посуди сам: сначала появляется Викт, который тоже довольно быстро развивается и достигает пятидесяти ступеней даже быстрее, чем я в свое время. Он продвигается по боевому направлению, принимается устранять конкурентов и нарушает некий баланс сил. Потом в противовес ему появляешься ты. Рост по ступеням еще стремительнее. Система сталкивает вас лбами и в проигрыше оказывается Викт. Один раз, второй, третий… Маятник качнулся в другую сторону. Не знаю, дошел ли он до крайней точки и когда пойдет в обратную сторону, но лучше быть начеку.

— Думаете, системе легче вернуть Викту утраченное, чем создать нового бойца? — спросил я, параллельно задавая вопрос своей автономной системе:

«Насколько именно такое развитие событий реально?»

— Пути системы неисповедимы, — промолвил Семеныч. — Я лишь высказал свои размышлизмы, а принимать решения тебе. Просто учти: если моя теория не совсем ошибочна, Викт может вернуться намного более сильным, чем в вашу первую встречу с ним.

— И сколько у меня времени до его гипотетического возвращения?