— Куда? — резко спросил я, обхватывая его за талию, в тот момент, когда он начал падать.

— В бедро, — прошептал Снегирёв.

Я долго не думал. Уложив его на землю, сорвал с себя ремень и перетянул ногу выше прокола, из которого уже начала литься кровь, наполненная черным ядом.

— Где твой пояс? — спросил я, молясь про себя, чтобы Артём не потерял сознание.

— В холле на столике. Идиот, не взял. Спешил сюда, чтобы задержать, думал, что пронесёт.

Он замолчал, да я и не слышал его. Вскочив, побежал к дому. Так быстро я не бегал ещё никогда в жизни. Когда я был уже на подъездной дорожке, раздался выстрел, потом ещё один.

Наташа стояла на крыльце с разряженным ружьём, а неподалёку валялись две тушки прорвавшихся к дому тварей.

— На столике лежит пояс с флаконами! — крикнул я. — Быстро вынеси. Артём ранен.

Наташка охнула и бросилась в дом. Пока я добежал до крыльца, она уже выскочила, неся в руках пояс. Выхватив его у неё из рук, быстро проговорил.

— Собирайтесь, прыгайте в машину и езжайте. У ворот нас подберёте. Я как раз успею Артёму помочь. — В это время к крыльцу как раз подъехала машина. Водитель не выскакивал из-за руля, и правильно делал. Сейчас он должен был сразу же рвануть прочь от опасного места, как только пассажиры займут своё место, а не бегать вокруг машины, помогая рассаживаться в ней.

Наташа, закусив губу, кивнула и снова исчезла в доме. Я же уже нёсся обратно к умирающему другу.

Успел вовремя. Упал перед ним на колени и распорол кинжалом штанину. Рана выглядела отвратительно, а нога уже начала опухать. Артём лежал без сознания, и ждать дальше было уже нельзя.

Вдохнув, как перед прыжком в холодную воду, воткнул кинжал к нему в ногу, расширяя рану и позволяя черной крови вытечь из тела. Затем пошли флаконы. Антидот на рану и внутрь. Благо Снегирёв от острой боли пришёл в себя, но не орал, а тихонько стонал, комкая в руках траву, в которую вцепился. Надо бы ремень между зубов засунуть, но у меня нет на это время.

Обеззараживающее, ещё антидот, снова обеззараживающее. Один раз Артём не выдержал и вскрикнул. Но тут я увидел, что отёк спал, кровь пошла нормальная, а не черными хлопьями, выпрямился, выдохнув с облегчением. Теперь можно затворить рану, обезболить и напоить крововостанавливающим.

— Артём, — из машины выскочила Наташка, и я увидел, как моя мать удержала мать Артёма от такого же поступка.

— Помоги мне, раз уж тебе на месте не сидится, — прошипел я, убирая флаконы на место. Мы со Снегирёвым были в крови, но сделать пока ничего нельзя было. Нужно потерпеть до дома. — Ты как? — спросил я у него.

— Жить буду, — он слабо улыбнулся. — Спасибо, брат.

— Сочтёмся. — Я махнул рукой. — Встать сможешь?

— Куда я денусь, — он начал садиться. Наташа быстро сообразила, какая именно помощь от неё требуется, и подставила ему своё плечо. — Как я умудрился напороться? Знаешь, что самое обидное? Я сам напоролся на коготь уже дохлой твари. Она упала вот так неудачно.

— Бывает. Ты же знаешь, что против суховеев в одиночку не ходят, — я обхватил его за талию и мы поковыляли к машине.

— У меня выбора не было, — Артём покачал головой. — Кто стрелял? Я слышал выстрелы. Или мне прибредилось?

— Наташка двух тварей завалила. На крыльцо выскочила, машину, видать, ждала, — ответил я за сестру.

Артём повернул голову и так на неё посмотрел, что я чуть не присвистнул от удивления. Неужто они перестали скрывать, что нравятся друг другу? Это хороший признак. Всё-таки смертельно-опасные приключения положительно сказываются на демографии.

— Я сейчас не боец. По крайней мере, сутки точно, — после короткой паузы сообщил Артём.

— Разберёмся, — ответил я, — помогая ему сесть рядом с матерью. — Главное, что не помер. А через сутки снова будешь в форме. А там глядишь, всё и закончится. В любом случае, это не твоя битва. Дома же ты в любом случае сумеешь помочь, если вдруг что.

— Ты уйдёшь? — это было даже не вопросом, а утверждением.

— Да, я уйду, — наши взгляды встретились. — Так надо, Артём. И, нет, я пока не могу тебе ничего объяснить.

— Когда-нибудь, расскажешь. — Кивнул он, и я закрыл дверь, оббежав машину, сел с другой стороны, и машина, как и положено рванула с места.

У ворот нас ждали Щедров и Карамзин. Они всё время оглядывались по сторонам, словно ждали, что вот-вот раскроется воронка портала, и из неё начнут вываливаться самые разные твари.

Но пока что в нашем квартале было тихо. Хотя по всему городу то тут, то там, происходили эти самые прорывы. Мы не останавливались. Прорывов было слишком много, чтобы пытаться их все закрыть. Да и печатей у меня с собой не было.

Увидев соседа, я вышел из машины, сказав остальным, что дойду до дома пешком. Ничего со мной не случится.