— Я люблю тебя, — сказал я резко. — Боже, я так сильно люблю тебя.

Она тихо застонала и обвила ногами мою талию:

— Я тоже тебя люблю.

— Ебать, — я пробормотал это непристойное слово, зная, что Эбигейл не привыкла к тому, что я такой чертовски грубый. Но ничего не мог с этим поделать.

Ощущение того, как ее внутренние мышцы сжимают мой член, а в моей голове образы всех грязных вещей, которые я с ней сделаю, подвело меня так близко к краю.

Я посмотрел на ее грудь, она слегка дрожала, покачиваясь, когда я целеустремленно входил и выходил из нее. Соски у нее были розовые, кончики твердые, слегка удлиненные. У меня потекли слюнки при виде этого.

Я не смог удержаться от того, чтобы опустить голову и провести языком по одной твердой вершине. Даже ее пот был сладким на вкус.

— Макс, — выдохнула она наполненным удовольствием стоном.

Я начал толкаться в нее быстрее и сильнее. Я втянул один твердый кончик в рот и пососал, вытягивая кровь на поверхность и чувствуя, как она корчится подо мной.

— Я хочу… — пробормотал я ей в кожу. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь вместе со мной, — я не мог сдержать слов, которые вырвались из меня.

Я даже не пытался их остановить.

И когда она притянула мое лицо к себе, положила руки на мои щеки и поцеловала, я понял, что ничто, кроме смерти, никогда не разделит меня и Эбигейл.

Глава 11

Эбигейл

Поначалу боль и дискомфорт были невыносимы, и я знала, что Максу больно от того, что мне некомфортно. Но это была не его вина. Это было неизбежно. Этот момент был тем, о чем я мечтала так много раз. Я знала, чего ожидать, и была готова настолько, насколько могла.

Теперь я просто хотела отпустить ситуацию и насладиться этим.

И с каждой секундой этот дискомфорт превращался во что-то большее, во что-то более приятное и интенсивное.

Это неприятное чувство начало разгораться внутри меня, становясь приятным и сильным. Его проникновение было внезапным, душераздирающим и не похожим ни на что, что я когда-либо могла себе представить раньше.

Но теперь мне было хорошо. Очень хорошо.

Его мышцы напряглись под моими руками. Я сильнее впилась ногтями в его плоть, когда он начал выходить и толкаться обратно. Меня начала наполнять эйфория.

Видя, как сильно он пытался контролировать себя, продвигаться медленно для меня, этот момент стал для меня гораздо более значимым, но также я видела, что он был на грани, его силы на исходе, потому что удовольствие было слишком сильным. И когда он начал входить и выходить из меня в устойчивом темпе, я не могла не открыться и не позволить всем эмоциям и ощущениям пройти через меня, как они явно делали для него.

Мы были покрыты потом, его тело плавно двигалось по моему, его массивное тело парило надо мной, используя свою силу, чтобы показать мне, насколько хорошо это может быть.

Меня охватила вспышка удовольствия.

— О Боже, — простонала я.

— Тебе хорошо? — спросил он с надеждой в напряженном голосе.

Я кивнула:

— Да, это приятно, Макс. Очень хорошо.

Он действовал медленно и осторожно, но я знала, что это не продлится долго. Я надеялась, что нет.

Ощущение его жесткости по отношению к моей мягкости, его мужественности по отношению к моей женственности заставило меня эмоционально и физически достичь того приятного максимума, который я всегда представляла с ним.

— Поцелуй меня, — сказала я шепотом, нуждаясь в нем во всех смыслах, мы оба были связаны повсюду.

И он сделал это сразу, не заставив меня ждать ни секунды.

Тогда он начал по-настоящему двигаться. Ушло медленное и легкое движение, и на смену ему пришло быстрое и жесткое.

— Да, — прошипел он мне в губы. Он вышел из меня почти полностью, и теперь лишь широкая головка была в моей киске. Он больше не целовал меня, но его губы были прижаты к моим, и мы оба дышали одним и тем же воздухом, пытаясь справиться с ситуацией.

Он вонзился в меня сильнее, с решимостью. Я ахнула, наслаждаясь каждой секундой этого.

— Черт, это так чертовски хорошо, — он снова глубоко вошёл в меня, подталкивая на матрасе. Его движения были почти безумными. — Ты понимаешь, черт возьми, понимаешь, что для меня значишь? — тогда он отступил, глядя на мое лицо.

Я медленно кивнула. И я понимала. Он любил меня с той же страстью, с какой я любила его.

И с каждым дюймом, погруженным в меня я чувствовала себя нужной… принадлежащей.