Долгов с того памятного дня в институте не появлялся. В деканате сообщили, что преподаватель заболел, и, как знала Влада, это не было ложью: руки у Александра Степановича были основательно покромсаны кандалами.

Впрочем, ей не было до этого никакого дела, ведь она жила, как прежде.

«Какпрежденская» жизнь закончилась через неделю. В тот день Влада задержалась в институте: нужно было помочь Лоре с английским. Едва успела на последний автобус.

В Полпинке ее ждали. Богатырь Фролов стоял в тени липы у дороги. На широченном плече богатыря примостился черный кот, от которого в сумраке виднелись только ярко-желтые глаза.

Увидев Владу, Фролов вышел из-под липы и зашагал рядом. Кот искоса глядел на студентку.

— Хороший вечерок, поляница, — сказал богатырь.

Влада не ответила. Ей снова стало страшно, почти как в первый раз, причем, она не понимала, кого следует бояться большое — богатыря или кота.

— Ева Карловна желает побеседовать, — сообщил Фролов. — Идем.

— Куда? — выдавила Влада.

— Тут недалеко. У магазина припарковались.

Влада проглотила появившийся в горле комок.

— Не пойду.

Богатырь вздохнул.

— Просят же.

— Не пойду.

Вдруг раздалось шипение, похожее на змеиное:

— Да что ты с ней якшаешься, Авдей, хватай в охапку, да тащи!

Влада выпучила глаза, осознав, что это сказал кот. Ноги стали ватными от страха, и студентка послушно последовала за богатырем, не спуская глаз с животного на плече Фролова.

Глава 9

12

— Добрый вечер, Влада, — мягко поздоровалась Ева Карловна с заднего сиденья «Гелентвагена». — Давненько не была я в Полпинке. Неприятное место. Много цыган, а среди цыган немало сильных колдунов и ведьм.

— Здравствуйте, — буркнула студентка.

Богатырь открыл заднюю дверцу. Влада села рядом с Евой Карловной. Между ними взгромоздился кот. Фролов, сопя, уселся на водительское место.

— Что вам от меня надо? — спросила Влада. — Я не хочу больше играть в эти игры, я это и Долгову сказала. Вы можете оставить меня в покое?

Ева Карловна печально склонила голову.

— К сожалению, не можем, Влада. Ты — неинициированная поляница, но ты выявленная поляница. Выявленных поляниц либо инициируют, либо …

— Что либо? — похолодев, спросила Влада.

— Либо убивают. Ни богатыри, ни сущности не могут так рисковать. Ты случайно инициируешься, обретешь силу, и что же? Перебьешь всех?

— Я не хочу никого убивать! — воскликнула Влада. — И инициироваться не желаю! Мне нравится моя жизнь! Оставьте мне ее.

— Бедная девочка, — казалось, вполне искренне посочувствовала «Красавица-Яга». — К несчастью, твоя жизнь никогда больше не будет прежней.

Пока доктор Лесная говорила, ее облик неуловимо менялся. Нос Евы Карловны как будто слегка удлинился, заострился, кончики губ опустились, а в глазах замерцали красные огоньки.

— Так что вы хотите от меня? — чуть не плача, спросила Влада, которой с каждой секундой становилось все страшнее.

— Ты должна стать поляницей до пятницы, — мертвым голосом отчеканила Ева Карловна. — Выбирай любой способ, который тебе предложил Долгов. Авдей Святославович все проконтролирует, научит тебя пользоваться твоей новой силой. Затем ты убьешь Кощея.

— А если я не буду этого делать? — с вызовом спросила Влада.

Ева Карловна, внешность которой приобрела свой обычный вид, достала из сумочки зеркальце, помаду, стала прихорашиваться. Кот, положив голову ей на колени, замурлыкал.

— Если ты не сделаешь это, я отрублю тебе голову, твоим маме и бабушке тоже не поздоровится, — сказал Фролов таким тоном, будто предлагал Владе купить у него набор фломастеров. — Ну, девочка, ступай.

Богатырь открыл дверцу «Гелентвагена», Влада поспешила выскочить на свежий воздух.

— О, постой! — вспомнил Фролов. — Вот, возьми.

— До свидания, дорогая, — сказала Ева Карловна ласковым голосом.

Кот мяукнул.

Черная как смоль машина рванула с места и исчезла за поворотом, ведущим прямо на шоссе.

Влада минуту постояла, пытаясь собраться с мыслями. Затем направилась в сторону дома. В руке было что-то тяжелое. Она посмотрела.

Буханка бородинского хлеба.

Проходя мимо колодца, Влада кинула буханку. С первого раза не попала. Подобрала, снова кинула. Раздался плеск воды и бульканье:

— Хлееепппппц!

— Все хорошо, Владочка?

Лицо мамы было встревоженным.

— Да, мам. Помогала подруге с английским, задержалась.

— Скорее ужинать.

Наскоро перекусив, почистив зубы, Влада отправилась в свою комнату. Не включая свет, не раздеваясь, упала лицом на постель лицом в подушку.