Мы заняли угловой столик, но разговор начинать не спешили. У каждого места есть свои традиции, и уж в “Белфасте” мы оба соблюдали их с особым удовольствием. Сначала – пиво, потом дела, тем более что “Гиннес” здесь был отличный, словно лепреконы варили.

Надолго Шакала не хватило:

– Слушай, ну я, конечно, понимаю, что пива попить ты не дурак, и паб этот прекрасен. Но ты ж меня вроде как по делу вытащил, не?

– Да уж не без того, – я хмыкнул, но отказывать себе в удовольствии не стал, отхлебнув очередной глоток. Потом перешел к этому самому делу: – Слушай, Колян, а что ты вообще знаешь об этой разработке? Я про ВР-реальность и капсулу. Дело в чем. Я тут сгенерился, разок умер, и немножко подписался под местные дела в городишке у Рейнджеров. Ты мне там нужен. Но у меня целая куча вопросов, и я хочу поговорить с тобой как с другом, а не как с нянькой.

Я демонстративно вырубил сотовый и выложил его на край стола.

– Коля. Защита на капсуле стоит архидерьмовая, я ее ломанул за час. Учитывая, что мне физический кабель протянули от офиса, капсула должна быть в корпоративной сети. Однако админский доступ к ней невозможен, так как она вне головной сети. А значит, серверы стоят не в нашей сети даже. Далее. Болевой рефлекс – элемент, конечно, интересный, но его мощность – далеко за пределами комфортного. Это не требовалось бы для игрушки. Зато модели оружия – все лицензионные. А значит, кто-то согласовал это. И вот не рассказывай мне, что это было сделано для лучшей натуралистичности, это бред собачий. Все игроделы просто называют оружие по-другому и меняют пару внешних деталей. Поехали дальше. Система наследования навыков из реала – ЗАЧЕМ? Колян, это выгодно в настолько редких случаях, что не станет интересным даже для десятой части игроков. Разве что они профессиональные военные или выживальщики. Достаточно?

– Ты слишком умный для обычного ИТ-спеца, Стасик. Давай так, – он тоже вырубил мобилу, огляделся в баре, и продолжил: – Я расскажу тебе то, что знаю и что точно не подведет меня под тюрьму. Разработка действительно изначально велась не нами. Интекс подключили где-то два года назад. Это разработка военных, и затачивалась она изначально под симулятор с эффектом обратной связи. То бишь то, чему ты научишься в игре, перейдет в реал. Не полностью, но чем выше степень реалистичности, тем больше эффект. К сожалению, там произошло с десяток несчастных случаев в ходе первого же теста, и проект втихаря прикрыли дабы избежать исков и огласки. Сам знаешь, опыты над людьми запрещены. А наш генеральный, пользуясь большими связями, его выкупил. Мы два года пилили сюжет, парни перелопачивали код. И у нас вышла гениальная игра. Но первый же запуск игрока в нее привел к катастрофе. Игорь Синельников, помнишь такого?

– Это который на прошлой неделе разбился на мотоцикле? – припомнил я. Шакал поморщился:

– Не было никакого мотоцикла. Игорь был в команде разработчиков как раз проекта «Постапок из машины» – да, вот такое дурацкое рабочее название. Он выполнял рядовой квест: охотился на какого-то там вожака рейдеров. При этом ему дали крайне крутую снарягу и апнули искусственно левел. А потом все пошло не так. Сначала машина выкрутила эффект обратной связи на полную, потом заблокировала ему во время схватки с финальным боссом выход из игры. В том числе экстренный. А потом… А потом Игорь умер в капсуле. А багнутый локационный босс так и остался там, где был.

Я неторопливо глотнул “Гиннеса” и посмотрел на Шакала. Выглядел он вполне серьезно, но на всякий случай я решил уточнить:

– Ээээ… вроде ж по бокалу пива выпили, Коль. Че за пурга?

– Я там присутствовал, – мрачно отрезал он. – Мы не смогли его отрубить даже физическим дисконнектом кабеля. И телеметрия вся как с ума сошла. Машина просто довела схватку с этим Херсоном до смерти Игоря и только после этого отключилась. Выдав на экран вот это.

Он нарисовал в воздухе какую-то закорюку.

– Что это?

– Да без понятия. Палка с двумя завитушками.

– Окей. И что было дальше? – я хмыкнул скептически, делая вид, что не верю в его слова. Шакал всегда был немного азартен, с такой моделью поведения больше шанс вытащить из него дополнительную информацию.

– А дальше мы так и не смогли отключить от игры эту локацию. Попытки форматирования проваливаются. Код просто не меняется. Вернее, не так. Он меняется – но только изнутри игры. Вояки, которые работали над софтом первыми, тоже не смогли помочь. Но зато они сумели придумать решение, как им кажется, идеальное. Нужно отключить багнутую программу изнутри путем ликвидации. И вот тут на сцену вышел ты. Это военные посоветовали шефу взять тебя на работу. И да, файл твоего личного дела пришел именно от них. И они же рассказали, как тебя подключить к программе не напрямую, и заставить играть. Все просто. Ты любишь такие игры, у тебя привычки командира, ты опытный бывший наемник, ты спец широкого профиля. Ты легко вписываешься в мир игры, и ты можешь уничтожить этого самого Херсона изнутри. Ты – идеальный кандидат на роль руководителя программы по спасению… короче, по спасению нашего проекта. Насколько я понимаю, ты сейчас потестируешь игру, и к тебе придут с очень интересным предложением, от которого нельзя отказаться…

Я заметил оговорку и паузу, но не придал ей особого значения. Уточнить, кого там спасать, можно будет и попозже, когда я решу, хочу ли вообще лезть в это дело.

– Хм. А как насчет риска для жизни-то? Почему-то на этот счет никто меня не предупредил.

– Ну… а еще ты невнимательно читаешь лицензионные соглашения, авантюрен и склонен к риску, – Колян невесело хмыкнул. – Поэтому ты уже подписал соглашение. Моя задача – помочь тебе. Сразу скажу: никакое читерство впрямую невозможно. Программа просто не позволит внести изменения. Я, конечно, перемещу к тебе своего игрового аватара, его создавали специально как твоего напарника, дополняющего твои навыки. Я могу загрузить тебе карты строений, имеющих отношение к технологиям Первых, подсказать какие-то способы быстрого заработка. Короче, я твой напарник: помощник, картограф, снайпер и электронщик. Но не более того. И не факт, что я вообще прорву блокаду. Почему-то рейдерам крайне важно держать в осаде этот город.

– Ну, тут я могу тебе рассказать, почему, – я отхлебнул пива, почему-то сейчас особенно вкусного, и изложил Шакалу историю Элмера. Он некоторое время молчал, переваривая информацию, потом резюмировал:

– То есть ИИ пытается получить доступ к интерфейсу игроков? Сань, я обязан про это рассказать руководству.

– Не пытается, Коль. Как минимум три бота уже получили его, а вы это профукали. И, видимо, они изнутри взломали систему. Поэтому умер Синельников. И, если честно, то после твоего рассказа я не планирую возвращаться к тестированию.