Несмотря на триумф, атмосфера была тягостной. На вершине полуплоского холма в небольшой впадине по моему приказу уже начали рыть большую братскую могилу, в которой мы похороним павших бойцов. Скоро тем же займутся и аталийцы, те из них, кто способен передвигаться. Но только хоронить своих они будут у подножия холма.

Если дать приказ бросить трупы без погребения, меня никто не поймет. И моя репутация здорово просядет. Как бы мы не спешили, все нужно сделать правильно.

В середине дня у нас уже была примерная картина по потерям. Несмотря на удачный прорыв аталийских рыцарей, мы в общей сложности потеряли сто шестьдесят семь бойцов. Я, откровенно говоря, думал, что будет намного больше.

Львиная доля потерь пришлась на «Отчаянных». Стрелки барона Риса потерь не понесли, так как противник сосредоточился на легионерах. Раненых, как тяжелых, так и легких, было примерно в три раза больше. Из тяжелых, благодаря моему вмешательству, ни один не умер.

А вот со стороны аталийцев потери были более ощутимыми. И это мягко сказано. Подсчеты еще велись, но они уже перевалили за семь сотен убитыми. А ведь на поле было еще много раненых.

Многие из погибших были аристократами и военачальникам. Маркиз ди Спинола, которого узнали по гербу на доспехе и плащу, тоже был среди них. Получалось, что у атаковавшего нас вчера войска, по сути, не осталось командиров. Хотя, какое это уже войско? Разграбление собственного обоза говорит о многом.

— Итак, господа, как дальше жить будем? — спросил я, обведя взглядом всех присутствовавших командиров и дворян. — Хочу услышать ваши мысли и предложения о сложившейся ситуации.

Они собрались ближе к вечеру у меня в шатре по моему приглашению. Здесь были: Самюэль Кронер, барон Рис, Гастон Лафор, двое баронов из свиты виконта де Леваля, который сейчас лежал в лазарете без сознания, а также Самира Клеман. Последнюю можно было не приглашать, но мне нужны свидетели того, что сейчас произойдет.

Все присутствующие мрачно переглянулись. Дело в том, что нам удалось пообщаться с пленными аталийцами, как с простыми бойцами, так и с выжившими аристократами. И то, что они рассказали, повергло моих соратников в уныние. Первым слово взял Самюэль Кронер.

— Выходит, нет никакой кровавой лихорадки… — потирая лоб, произнес он. — Золотой лев заманил наши войска в ловушку…

— Мы должны выступить на подмогу маршалу де Клермону! — с жаром воскликнул рыжий барон де Ардан.

Его тут же поддержал его друг, барон де Саладен.

— Мы обязаны предупредить маршала о готовящейся ловушке! — воскликнул он. — Мы готовы отправиться в путь прямо сейчас! У нас еще есть шанс предотвратить катастрофу.

Все присутствовавшие посмотрели на этих двоих как на идиотов.

— Боюсь, если все обстоит именно так, как нам сообщили пленники, его светлость уже и сам знает об устроенной на него западне, — ответил Кронер и обратился к капитану «Отчаянных». — Лафор, вынужден признать, вы были правы: войско маркиза ди Спинолы было отправлено, чтобы отрезать наши легионы от снабжения.

Лафор широко усмехнулся и слегка склонил голову, принимая комплимент.

— Господа! — воскликнул барон де Ардан, вскакивая со своего места. — Я настаиваю на том, чтобы вернуться назад и выдвинуться на соединение с легионами герцога де Клермона! Нам надо спешить!

За ним тут же вскочил барон де Саладен и обвел всех нас взглядом полным вызова.

— Ваша милость, — произнес Кронер. — При всем уважении, как вы это себе представляете? Во-первых, у нас много раненых. Быстро двигаться мы не сможем. Я уже не говорю о том, что этот переход многих убьет. Во-вторых, наших запасов просто не хватит на это путешествие, даже с учетом взятого у аталийцев обоза. И в-третьих, мы просто не успеем соединиться с нашей армией. Нас встретят легионы Золотого Льва, которые наверняка уже замкнут кольцо. А к этой встрече мы не будем готовы.

— Мы должны продолжить путь в Гондервиль, как изначально и предполагалось, — произнес Лафор, и Кронер поддержал его кивком.

Молодые бароны переглянулись и Ардан произнес, гордо задрав подбородок:

— Что ж, тогда мы сделаем это сами! Мы обязаны сообщить нашему сюзерену о надвигающейся на наше войско беде!

Больше не произнеся ни слова, бароны спешно покинули мой шатер.

— Упрямые ослы… — с насмешкой негромко произнес себе под нос Лафор, но я его услышал. Но вида не подал. Тем более, что я с ним был полностью согласен.

— Все согласны двигаться в прежнем направлении? — спросил я.

Ответом мне было практически дружное «да». Правда, Самира промолчала, но ее согласия и не требовалось.

— У меня есть вопрос, — произнес Лафор, и его глаза лукаво блеснули. — Полагаю, ответ на него интересует не только меня, но и всех собравшихся. Виконт де Леваль ранен, а нам нужен предводитель… Думаю, в сложившейся ситуации, дабы избежать ненужных брожений в рядах наших легионеров, будет правильным попросить вас, ваше сиятельство, временно принять на себя официальное командование нашим войском.