— Заманчивые предложения, даже не знаю, кого выбрать, ведь отказ сразу обидит остальных, — Ольга не стала так сразу соглашаться, продолжая игру словами. Она сейчас, идя рядом с Владом, испытывала легкое возбуждение и была рада видеть того, кто часто снился ей по ночам.

— Может устроим испытание на интеллект для всех желающих? — поддержала интригу Мария, которой пришла на ум интересная идея. Все разом загудели, проглотив наживку. — Что лучше для нас, девушек, журавль в небе или синица в руках?

Солдаты призадумались, ища скрытый подтекст в словах девушек. Возникло много предположений от того, что девушки хотят вкусных перепелок, до желания получить предложение руки и сердца. Ольга и Мария только смеялись над фантазией бравых вояк, но качали головами. На самом деле Машка не просто так озвучила этот вопрос, надеясь, что Игорь догадается о подтексте, ведь между ними нужна быстрая и качественная связь, чтобы согласовать способ и время побега. Вот для этого им нужны были птицы, желательно мертвые и контролируемые, которые обеспечат вовремя контакт между ними.

— Думаю, что одной синицы в руках будет маловато, а вот несколько птичек, удовлетворят потребности красавиц, — хитро улыбнулся некромант, раскусив намек подруги.

Солдаты, смекнув по-своему, быстро ретировались на поиски пресловутых птиц, дабы угодить молоденьким барышням, ведь до этого они все подверглись гипнозу и теперь степень критичности мышления у них была на нуле. Они готовы были исполнить любой наказ девушек. Машка еще подложила в бессознательное вояк, одну мысль, что девушки они слабые и им во чтобы то ни стало нужна защита. Таким образом, это в будущем может дать шанс, что те встанут на их сторону, если что-то пойдет не так.

К вечеру птичья связь была налажена, так что команде спасения пленниц осталось разработать стратегический план и претворить его в жизнь.

— Может всю армию себе подчиним? — воодушевилась Орлова полученными результатами, — тогда и воевать ни с кем не придется.

— И как ты себе это представляешь? Сколько потребуется времени, чтобы обработать несколько сот тысяч солдат? — мысль показалась абсурдной, но что-то в ней было здравым. — А вот если внести сомнения в ряды командиров и военно-начальников, то это поможет устроить хаос на поле боя.

— Да кто нас подпустит в главный штаб командования? Это же не реально, — Ольге хотелось поскорее освободиться от плена, а еще внести вклад в общее дело, чтобы Влад мог ею гордиться и оценить заслуги. Поэтому она продолжила думать над этой темой…

В штабе французской армии происходил очередной совет среди главнокомандующих, где разрабатывалась новая стратегия предстоящего сражения. Наполеон усиленно думал над тем, как обезопасить армию от сильных магов противника, а также не допустить очередного предательства смертников.

— Мы больше не будем следовать прошлой тактике, в бой сразу должны будут вступить самые серьезные наши силы, а не трусливые и ущербные на голову, — он хотел поставить ставку на одно полномасштабное сражение, которое обязано просто разгромить армию русских вчистую. — А еще нужно не дать успеть применить магию ветра и молнии, поэтому нападение будет тогда, когда русские его ждать точно не будут. Только скоростью, натиском и неожиданностью сможем одержать безоговорочную победу. Выступим завтра вечером, чтобы с первыми лучами солнца напасть на противника.

Бонапарт распределил обязанности среди главнокомандующих и остался доволен, придуманным планом. Сейчас не мешало расслабиться, чтобы набраться сил перед будущим сражением. Ему пришла неожиданная мысль в голову. Чтобы поощрить своих верных командиров, нужно привести целительниц для развлечения, дабы подвигнуть их на новые подвиги. Таким образом он унизит русских, заставив благородных дочерей прислуживать французам, словно обычных безродных девок.

— Давайте немного сегодня развлечемся, раз у нас в плену столько дам. Собери всех командиров возле главного шатра, расчистите там место, устроим бесплатный концерт и праздничный ужин, — отдал Наполеон распоряжение своим подчиненным. — Нельзя показывать армии, что мы переживаем из-за отступления, приведи самых симпатичных девушек, которые будут сегодня танцевать и петь для солдат, пусть привыкают к роли обычной обслуги.

— А если никто не согласиться? — на всякий случай кто-то переспросил, чтобы узнать крайние меры стимулирования строптивых дам.

— А кто окажется бездарен и не захочет развлекать своими талантами, то будут веселить нас своим телом, — церемониться и уговаривать никого не собирался.

Услышав приказ Наполеона, целительницы пришли в настоящий шок. Одно дело служить во благо Отечеству, это считалось почетным для рода, а вот выступать певичками и танцовщицами, не пристало, особенно перед армией врага. Но условия отказа вообще не влезали ни в какие этические рамки и сейчас женский шатер гудел, как растревоженный улей.