— Ладно, топай уже, советчик, — улыбнулся он, похлопав меня по спине. — Сам как-нибудь разберусь. Не маленький, — и уже тихо добавил. — Можно подумать, я их не делал.

Стоило нам отойти от машины, как мужчина негромко прокашлялся, постучал кулаком по груди и заговорил:

— Недавно бросил курить и теперь кашель одолевает. Говорят, лёгкие очищаются, — он ещё раз кашлянул и продолжил. — В общем так, сынок. Я капитан яхты. Зовут меня Рикардо. Я не буду задавать тебе никаких вопросов. Извини за такое сравнение, но для меня ты всего лишь ценная посылка, которую попросили доставить на берег Итальянской Ривьеры в целостности и сохранности. Только учти, пока ты находишься на борту моей Эсмеральды, будешь выполнять все мои указания. Поэтому запоминай, сынок. Для пассажиров ты мой племянник и зовут тебя Марио. Завтра, если потребуется, целый день будешь помогать моему помощнику Жаку на камбузе. Хотя, я думаю, с готовкой он и сам справиться. Постарайся при пассажирах на борту сильно не отсвечивать, а если столкнёшься с ними, просто здоровайся и не задавай никаких вопросов и в разговоры не вступай. Они всё равно тебя не поймут. Они французы и насколько я понял итальянского не знают. Уяснил? — и после моего кивка, продолжил. — Вот и ладненько. А сейчас сходишь в общий туалет и отправишься спать в нашу каюту для персонала. Завтра целый день проведём на Сардинии. Заночуем на острове и на следующее утро идём через Корсику в Ниццу, по пути закинув тебя на ближайший берег Лигурии. Как я понял, тебе не принципиально где сходить на берег?

— В принципе, нет.

— Вот и ладненько. Тогда вопросы имеются?

— Вопросов нет, дядюшка, — усмехнулся я, принимая озвученные правила. — Всё уяснил. Слушаться, помогать Жаку и находиться в каюте. Всё правильно? Ничего не забыл?

— Я не говорил, чтобы ты всё время проводил в нашей каюте. Ты с ума сойдёшь в этой каморке, — усмехнулся он. — Скорее всего, после завтрака, пассажиры захотят прогуляться по острову. Как только они покинут судно, можешь хоть на ушах стоять. Главное, чтобы ничего не повредил на борту и сам не поранился. А то мой босс мне одно место оторвёт, — слегка усмехнулся он, а я мысленно представил себе эту картину и тоже улыбнулся.

Мы подошли к одной из многих яхт, пришвартованных к пристани. Увидев шикарную белоснежную красавицу, я мысленно присвистнул. Это была моторная яхта, поражающая своей красотой, величиной и совершенством. По моим приблизительным прикидкам она достигала не меньше двадцати метров в длину и около пяти метров в ширину.

— Ничего себе! Вот это красотка! — оглядывая судно, поразился я её внушительным габаритам и современному дизайну.

— Давай, заходи уже на борт Эсмеральды, — мужчина слегка подтолкнул меня в спину. — Ещё успеешь налюбоваться нашей девочкой, — с теплотой добавил он, словно говорил о любимой женщине, с которой провёл не один десяток приятных лет.

— Конечно, синьор Рикардо. Обязательно её осмотрю. Когда ещё я на такой красавице окажусь, — ответил я и мы поочерёдно ступили на корму судна. Затем поднялись по небольшой лестнице и оказались на основной палубе. После чего спустились вниз, очутившись в небольшом помещении, по сторонам которого располагались каюты пассажиров.

— Гальюн вторая дверь справа, — пояснил он и потихоньку начал подниматься по лестнице. — Как управишься, жду наверху. Вход в нашу каюту с кормы.

Быстро справив малую нужду и умывшись, я покинул небольшой туалет, который к моему удивлению был оборудован простеньким душем. Остановившись в фойе нижней палубы, я несколько секунд удерживался от соблазна заглянуть в апартаменты пассажиров и хотя бы одним глазком оценить их убранство. Но опомнившись, отказался от этой затеи и поднялся наверх, где меня ждал Рикардо, развалившийся на одном из многочисленных диванов зоны отдыха.

Затем мы спустились по лестнице на корму. Я уже хотел спросить, где находится моя каюта, как мужчина быстро откинул лестницу наверх, и я увидел вход в небольшое жилое помещение.

— Заходи и располагайся. Если Жак будет громко храпеть, толкни его в бок. На какое-то время это помогает, — усмехнулся он и тут же из каюты послышалось сонное бурчание.

— Что, уже твой племянничек прибыл? — с небольшим акцентом спросил Жак и, не дожидаясь ответа, продолжил. — И вообще я не храплю. Это горловое пение.

— Ой, молчи уже, недоделанный Джо Дассен. Твоим пением только акул отпугивать, — сказал Рикардо и мужчины засмеялись.

Я не понял их юмора, но для приличия усмехнулся. Чтобы попасть в каюту пришлось немного пригнуться.

— Вещи пока можешь положить в шкафчик. Ночью они тебе навряд ли понадобятся. А завтра утром разберёшься с ними, — посоветовал Рикардо.

Я так и сделал. После чего прошёл к свободной кровати и присел на её край.

— Ладно, парни, доброй ночи. А я буду ждать наших пассажиров. Что-то они задерживаются, — сказал капитан и закрыл дверь-лестницу.

— Здравствуйте, Жак, — поприветствовал я помощника капитана.

— Салют, дружище, — по-свойски поздоровался небритый мужчина лет сорока пяти, с густой сединой на висках и большим мясистым носом. Он немного помолчал и, улыбнувшись, продолжил. — Если я и вправду буду очень сильно храпеть, то не стесняйся, толкай меня в плечо. На какое-то время это и вправду помогает, — подмигнул он и перевернулся на другой бок.

Немного посидев, я разулся и прилёг на узкую кровать. Над входом тускло светила маленькая лампочка, позволявшая отчётливо рассмотреть небольшое помещение. Из всей мебели только две кровати, возле входа высокий шкаф для одежды и откидной столик, под которым стояли два объёмистых металлических ящика. Ничего лишнего, всё просто и без изысков. Как я понял, это то место, где экипаж только отдыхает в ночное время. И оно действительно напоминает каморку.

Спать не хотелось совсем. Подложив руки под голову, я стал строить планы на первое время, обдумывая необходимые покупки, которые понадобятся для тренировок и решения бытовых проблем. Минут через пять услышал монотонное посапывание Жака. Вспомнив о недопитой фляжке и указании Сержио, достал её из кармана и маленькими глотками допил остатки настойки. Затем повернулся лицом к стене и, закрыв глаза, попытался заснуть. Уже находясь в состоянии полудрёмы, услышал громкие женские голоса и смех. И как мне показалось, общение проходило только на французском языке.