Привычно подселившись, мы полетели к ближайшей стае, я уже проделывал нечто подобное, тренируясь на мелких существах, когда залетал разумом в лес, но тут был явно другой случай. Убивать, кого либо, мой парень наотрез отказывался, а вот парализовать, у него уже неплохо получалось. Вот и сейчас зависнув над сопливой мордой дикой собаки, он метнул в неё заряд эфира.

Сжатый шарик чистой энергии растёкся по загривку твари, и она замерла, пускай даже на миг, буквально на секунду, но это была победа, большая победа.

Напряжение нарастало. Собаки, записывая круги, приближались всё ближе. На опушке они уже рвали, с остервенелым воем и рычанием какую-то тварь, и уже не одну. Хищников на «банкет» прибывало всё больше. В этот момент два охотника очень напоминавшие сложением былинных богатырей всадили свои топоры в крайнюю тушу «Матери».

Тогда я подумал. Странно, сейчас же все сорвутся на кровь, старшина же сказал этого не делать, но на стороне наших промысловиков был опыт. Буквально спустя десяток секунд, охотники уже растаскивали окровавленные части тела животного по разным углам, словно окружая остальные туши, и очень скоро я понял их грамотный манёвр.

Из леса донёсся яростный рёв, он и послужил триггером для взбешённых собак. С разных сторон на нас кинулись разъярённые существа. Гибкие смертоносные тела стремительно приближались, первые собаки мгновенно достигли кусков разрубленной туши, и остервенело впились своими кривыми зубами в парившую мякоть. Грянул слаженный залп, бегущие следом хищники, получив в тело пули, кувыркались через головы, гася телами об землю набранную скорость. Охотники, побросав автоматы и ружья, схватились за мечи, и не только. С гневным рёвом они устремились в разные стороны, и я воочию увидел, что значит закалка класса «воин».

С немыслимой скоростью, в гигантском прыжке они, зависали на мгновенье, и в следующую секунду уже били сверху мечами, и саблями, разрубая собак на две части с одного удара. И сразу начинали кружиться в завораживающем танце смерти, во все стороны летели дикие твари, в основном частями или сильно раненные. Вокруг двух богатырей, начинал возводиться бруствер из половинок собак, они своими здоровыми топорами махали как детскими сабельками, не давая тварям ни шанса выжить. Сами же, буквально наслаждались битвой, радостно ощерив в крике свои здоровые рты. Да и остальные охотники подавленными не выглядели, продолжая прорубать просеки в стаях обезумевших от крови собак.

Стоя с Маринкой за спинами охотников я судорожно сжимал своё копьё, ожидая неминуемого прорыва, и вот, первые животные взвились в прыжке, разинув, свои смердящие тухлятиной пасти. Летевшую на меня тварь, копьё встретило прямым и сильным ударом в раскрытую морду, насадив её тело, казалось, до самой жопы. Резко махнув руками, я скинул тело пса, отправив куда-то в полёт, за свою спину. Второй собачке повезло ещё меньше. Наша главная воительница, гневно заорав, просто снесла мечом несчастному животному, голову напрочь, попутно едва не насадив и мою.

Весь изгаженный тухлой кровью, я сделал шажочек в сторону во избежание так сказать. А она уже опускала свой меч на следующую жертву. Вообще на нашей Земле такие инструменты для убийства называют полуторными, но тут, в её руках он буквально порхал. Запоздало я понял, что мой разум покинул тело Жорика, и я совсем не подумал, что летящей в прыжке собаке как то пофиг секундная слабость, вызванная нашим эфирным ударом. Но сдаваться я не собирался и, вернув часть сознания обратно, встретил следующую жертву немного раньше, а именно в момент готовности к прыжку, и у нас всё получилось. У начавшей движение вверх собаки внезапно для неё, просто подломились задние лапы, и она чисто по инерции, пропахала землю прямо до моих ног, где я с богатырским хеканьем, пробил её голову насквозь.

А неплохо получилось, но количество тварей не уменьшалось, и нам приходилось рубить и колоть животных уже без продыха, пришлось даже отложить эксперименты и начать просто размахивать копьём во все стороны. А Маринка отжигала, вокруг неё уже валялась её персональное кладбище, исчисляемое вторым десятком бедных собачек.Мои достижения были поскромней. Единственная неоспоримая заслуга, заключалось в том, что меня ещё даже не ранили, а вот её кожаный костюмчик был изрезан весь. И ещё, я чувствовал, что мы выдыхаемся, вечно скакать в таком режиме у нас не получится.

Шальная мысль подзаправится эфиром с мёртвых «Мам», пришла спонтанно, а потом подумал, какому идиоту пришла в голову мысль, так назвать практически Бизонов. Жорику моя идея не пришлась по вкусу, но я быстро ему объяснил, что эфир нужен мне, на что он с радостью согласился, но как-то злорадно, что ли.

Забор эфира с трупа произошёл резко и сразу. Жорик не миндальничал, влив в меня туеву хучу, энергетической гадости. Мой разум, словно погрузился в ведро с помоями, появилось ощущение, словно я обожравшееся свинья, перед облёванным корытом. Быстро метнувшись в тело, я начал вливать по кругу протухший эфир, пытаясь избавится от противного ощущения, но не тут то было, по венам востремилась огненная река, вот только горели какие то отходы, судя по ощущениям, а ещё и вкусовые рецепторы передали всю гамму чувств. Но энергия пёрла и я стал колоть собак ещё интенсивнее постепенно пробираясь к Маринке что в ратной сече отдалилась от меня.