Шрифт:
Порывисто втянула в горящие огнём лёгкие глоток воздуха. Обхватила Адама за шею, пытаясь удержать равновесие. Попятилась, когда он, целенаправленно глядя поверх моей головы, двинулся вперёд, подталкивая меня к стене, завешанной тяжёлой синей портьерой, скрывающей административные двери от глаз посторонних в период работы ресторана…
Закуток между панелями и шторой не больше тридцати сантиметров. Душная пыльная теснота, кромешная тьма, наши наверняка проступающие сквозь ткань силуэты… Плевать.
Неосознанно выгнулась, помогая грубым мужским ладоням наощупь сдирать с груди лиф платья, сдавленно застонала, ощущая, как горячие пальцы безжалостно сминают обнажённую кожу, сдавливая соски и причиняя достаточно дискомфортную боль… Всё-таки злится, да? Впрочем, мне всё равно…
Ощутила, как врезавшаяся в затылок ладонь больно давит на череп, окончательно избавляя голову от остатков растрепавшейся причёски. Почувствовала, как пальцы на секунду замирают, ощупывая шпильки и невидимки, царапающие макушку, но тут же давят снова, больше не обращая на заколки никакого внимания… Послушно присела на корточки, путаясь в подоле длинного платья, неловко привалилась на бок, цепляя лежащий на полу край тяжёлой шторы. Наконец примостилась на колени, наплевав на затрещавшую струящуюся ткань и безвозвратно испортив форму юбки… Не до неё сейчас, да. Потянулась к ширинке, в темноте не различая ничего, отыскивая ремень наощупь…
Адам размашисто отбросил мою руку. Сам вжикнул молнией, торопливо подтаскивая меня к своему паху…
Голова закружилась лишь сильнее. Не осталось ни мыслей, ни доводов, ни каких-то иных желаний. Только жадная всепоглощающая потребность, сконцентрированная в этом тесном удушающем пространстве…
Сейчас, в темноте, без зрительной оценки ситуации, происходящее воспринималось остро, запредельно, на уровне голых инстинктов и эмоций. Чужой вкус, сладость собственной слюны, пряный запах мужской кожи… Член толкнулся быстро и глубоко, вызывая приступ паники и неосознанный страх не справиться с ощущениями, потерять контроль над собственными навыками. Истерзанные поцелуем губы болезненно защипало, абсолютная неспособность пошевелить языком вогнала в парализующий ступор… Машинально попыталась пальцами перехватить член у основания, тактильно оценить размер, чтобы хоть так передать мозгу сигнал о том, что я смогу справиться… Адам лишь надавил на затылок второй рукой, толкаясь ещё глубже в горло. Сдавленно зашипел, напрягаясь всем телом и стискивая мою голову до звона в ушах…
Я не воспринимала боль, только задыхалась словно под толщей воды, чувствуя, как глаза застилают жгучие слёзы, разъедающие веки подобно кислоте, как обильная вязкая слюна переполняет рот, давая возможность члену скользнуть ещё немного вперёд… Попыталась оттолкнуться от мужских коленей, слепо ударяясь локтями в плотную ткань портьер с одной стороны и прохладный скрипучий пластик с другой…
— Да тише ты… — Адам резко подался назад, со злостью отталкиваясь от меня. — Там люди ходят…
*36*
Люди?
Почему-то усмехнулась, вытирая рот ладонью, дезориентированно ощупывая стену и приваливаясь ближе к ней.
Люди… Среди них Верка, её родители, мой сын, бывший муж… Но они сейчас далеко. На запредельном расстоянии от меня, от моих желаний и ощущений, от моей замкнутой схлопнувшейся в моменте вселенной. Они в другой реальности, в параллельном мире. И да, пить всё-таки надо меньше…
Послушно уперлась ладонями в пол, чувствуя отчаянное нетерпение и раздражение Адама, торопливо пытающегося развернуть меня спиной к себе и при этом не сильно задевать чёртову штору, колышущуюся от каждого движения. Подалась назад, упираясь задницей в его колени, демонстрируя полную готовность ко всему, чего он захочет…
Голова кружилась от духоты и вязкой темноты, потрескавшиеся губы саднили, в горле стоял сухой корм, несмотря на обилие слюны. По шее катился пот, в груди копилась тошнота от удушающего волнения и безграничного триумфа…
Задранный подол платья накрыл почти с головой, сковывая движения ещё сильнее — тесно, неудобно, но так всё равно сейчас почему-то…
Мужские ладони до боли сдавили ягодицы, за спиной послышался нечленораздельный шёпот, мат…
Адам так и не нашёл удобное положение для себя. Снова попытался расправить ненавистную штору подо мной… Наплевав на неё, практически упал коленями на пол, ненарочно прижав на мою лодыжку, подмяв меня под себя, наваливаясь сверху всем своим весом…
Сдавленно пискнула, пытаясь скинуть с лица платье и отплеваться от лезущих в рот волос из полностью растрепавшейся причёски. На миг допустила мысль о том, что будет, если нас неожиданно кто-нибудь застукает… Этого не случится. Нам слишком везло до этого момента, чтобы сейчас всерьёз опасаться того, что судьба внезапно окажется не на нашей стороне…
Член скользнул по мокрой промежности, и я инстинктивно выгнулась, сходу насаживаясь на него до упора… Застонала, закрывая глаза и откидывая голову. Шумно выдохнула, ощущая эту наполненность… Опустилась на локти, меняя угол проникновения и жадно хватая ртом воздух…
Несколько неуверенных коротких толчков, пока Адам выбирал удобное для себя положение, расставляя колени, сминая мою ягодицу одной рукой и поправляя скомкавшийся под нашими телами край портьеры, лежащий на полу. Почти сошедшая на нет амплитуда движений… Наконец резкий размашистый рывок, от которого непроизвольно повело вперёд… Ещё один…
Закусила губу, зажимая кулаком рот. Тихо заскулила, понимая, что мне осталось совсем чуть-чуть…
— Тихо, Олесь, — Адам яростно зашептал сквозь зубы, склоняясь над моей головой…