– О да, разумеется, - ответила Берил Джиллиат.
– Уверена, он будет только рад новому знакомству. Или они уже знакомы?

– Нет, - впервые подал голос мистер Кин, - не имею счастья быть знакомым с мистером Эдисоном, хотя много о нем слышал.

– Тогда приезжайте, доставьте нам удовольствие. Мы будем очень рады.

– К сожалению, - ответил мистер Кин, - у меня назначена встреча.

И, посмотрев на часы, добавил:

– На которую, похоже, я уже начинаю опаздывать. Вот так всегда и бывает, когда встречаешь старого друга.

– Пожалуйста, миссис Джиллиат, - сказала продавщица.
– Уверена, довезете их в целости.

Берил Джиллиат осторожно положила пакет в сумку и повернулась к мистеру Саттертуэйту.

– Ну, тогда до встречи. Чай подадут не раньше четверти шестого, так что можете не спешить. Очень рада, что наконец-то познакомилась с вами. Столько слышала о вас от Саймона и свекра!

Она небрежно попрощалась с мистером Кином и быстро вышла из магазина.

– Спешит, - заметила продавщица.
– Как всегда, впрочем. Просто невероятно, сколько она всего успевает за день.

С улицы донесся треск мотоцикла.

– Интересная женщина, - проговорил мистер Саттертуэйт.
– Правда?

– Не без того, - отозвался мистер Кин.

– Так вы едете?

– Я только прохожу мимо, - напомнил мистер Кин.

– Но мы еще увидимся?

– И очень скоро. Вы меня узнаете.

– И вы.., больше ничего не хотите мне сказать? Объяснить?

– Объяснить что?

– Ну, хотя бы, почему я встретил вас именно сейчас?

– Вы уже столько знаете, - улыбнулся мистер Кин, - что добавить практически нечего. Впрочем, думаю, одно слово может вам пригодиться.

– Какое еще слово?

– Дальтонизм, - ответил мистер Кин, улыбаясь.

– Что-что?
– нахмурился мистер Саттертуэйт.
– Да нет, я знаю, только никак не могу вспомнить...

– Ну что ж, до свидания, - сказал мистер Кин.
– Вон ваша машина.

Обернувшись, мистер Саттертуэйт увидел, что у дверей трактира действительно остановился его автомобиль. Как ни грустно ему было расставаться с мистером Кином, но он не хотел больше заставлять своих друзей ждать.

– Я могу что-то для вас сделать?
– грустно спросил он.

– Для меня?
– удивленно переспросил мистер Кин.
– Разумеется, ничего.

– Возможно, для кого-то другого?

– Думаю, да. Весьма вероятно.

– Кажется, я догадываюсь, о чем вы.

– -Очень на это надеюсь. Очень, - сказал мистер Кин.
– Помните: я в вас верю. Вы много знаете и способны наблюдать и проникать в суть явлений. И вы нисколько не изменились, уверяю вас.

Его рука на мгновение задержалась на плече мистера Саттертуэйта. Затем он вышел и быстро зашагал по деревенской улице в направлении, противоположном Довертон-Кингсбурну. Мистер Саттертуэйт в свою очередь вышел и сел в машину.

– Надеюсь, проблем больше не будет, - сказал он. Шофер пообещал, что нет.

– Тут уж рукой подать, сэр. Мили три, максимум - четыре. Все идет как по маслу.

Они проехали до конца улицы и свернули на дорогу.

– Три, максимум четыре мили, - зачем-то повторил шофер.

– Дальтонизм, - не слушая его, пробормотал мистер Саттертуэйт.

Слово совершенно ничего ему не говорило, хоть он и чувствовал, что слышал его раньше.

– Довертон-Кингсбурн, - тихонько проговорил он, прислушиваясь к своим ощущениям.

Ничего не изменилось: это название означало для него то же, - что и всегда: место, где тебя ждут и где тебе всегда рады. Куда всегда приятно приехать - даже теперь, когда там нет многих, кого он знал. Но старый Том все еще там. Старина Том. Сразу вспомнились трава, озеро, речка и далекое детство.

***

Чай пили в саду. Между ливанским кедром и красноватым буком, расположившимся у подножия ведущей с веранды лестницы, накрыли два белых резных столика и расставили плетеные стулья с мягкими разноцветными сиденьями и шезлонги для тех, кто любит устроиться поудобней. Зонтики от солнца отбрасывали на них густую тень.

Солнце начинало уже клониться к закату, смягчая сочную зелень аккуратно подстриженной лужайки и обводя золотой каймой листья старого бука. Огромный кедр величественно раскинул свои ветви на фоне розовеющего неба.

Том Эдисон ждал своего друга, расположившись в большом плетеном кресле. В глаза мистеру Саттертуэйту бросилось, что на его немного отечных подагрических ногах надеты разноцветные тапочки: один красный, другой зеленый.

"Старина Том все такой же, - подумал мистер Саттертуэйт.
– Совершенно не изменился".