В связи с этим в орденскую кавалерию попали только самые зрелые особи их вида. Ведь те давно обзавелись потомством.

Была надежда ещё и на катаров. Коты были самыми серьёзными из нас, почти такими же как лисы. У тех была очень строгая вертикаль власти. Если бы не катары, я даже и не представляю, как бы управлялся с коктейлем из орков-наездников и кавалерии либри.

Коты качественно подошли как к своему обмундированию, так и убедили малышек обрядиться в тяжёлую броню, также они обвешали самих либри и их ездовых зверей амулетами по самую макушку и скрупулёзно зачаровали броню кавалеристок и их ездовых особей. Так на этом не успокоились и заставили механикусов всунуть в медвежью и единорожью броню малые реакторы для щитовых полей. Помимо этого на медведей навешивалась уйма вооружения. По сути все, кто был верхом на медведях, превращались в подобие мини-танка с операторским креслом, из которого производилось управление вооружением и десятком — другим дронов, которые следовали за каждой кавалеристской. Те же, кто был на единорогах, и вовсе выступали единицами поддержки и находились в глубине строя. Они держали в лапках посохи-копья и имели так же по десятку дронов, половина из которых была с генераторами щитов.

Отдельно стоит сказать про эти самые посохи. В них катары запихали кристаллы с готовыми псевдо-плетениями и накопителями пси-энергии. Мелкие при помощи посохов могли как кинуть пару — другую штормов, так и телепортировать в тыл раненую особь, создавать дополнительные защитные пси-формации или усиливать энергетическим покровом союзных особей.

Посох-копьё был подсоединён к пси-реактору, расположенному в массивном рюкзаке за спиной у наездниц, на броне единорогов крепилась ещё парочка таких накопителей. Заряжались те пока медленно, хотя каждая либри могла за счёт своих запасов ускорять накопление. Как там эти чудо-реакторы пси-энергии работали, я не совсем понимал. Вроде как они собирали рассеивающуюся энергию от других особей, которую те неосознанно испускали из своих тел.

Стоит также отметить, что катары учли и природные способности малышек. Посохи выступали фокусирующим инструментом и могли испускать со своего острия поток световой энергии или образовать почти двухметровое лезвие из света, а также помогали создавать малые локальные штормы производства либри.

Мне всё же придётся уделить немалое количество времени и сил, чтобы присматривать за этой гоп-компанией. Формирование данного отряда подходило к концу. И тут по моему разуму прошло удивление: катары соединяли свои разумы в отдельные ячейки, подключая в них вверенные им силы малышек и орков. Получалось что-то вроде отдельного единства в общем поле единения.

Интерлюдия

Глазами Барсика, главы ордена Бастет

Барсик

Мы, катары — совсем не запланированные детища и существуем хоть и по воле праматери, но не меньше обязаны своим появлением маленьким и беззащитным, но тем не менее смелым и волевым либри. И мы докажем великой праматери своё право на существование как вида. Каждый из нас называет её Бастет, в честь земной египетской богини.

Я был в первой пятёрке, которая мутировала из младших собратьев — «меховых комков», как их называет праматерь. Я не был первым, но среди прошедших мутацию взросления я был единственным самцом. Первая из нас, кто прошла мутацию, отказалась от чести стать главой единого прайда. Мурка ушла в исследования нашего дара и старалась изучить не только пси-энергию, её интересовала энергия маны, что в малых количествах вырабатывалась нашими душами. Как-то так вышло, что вся наша пятёрка образовала семью, малый прайд.

Со мной нет моих подруг, те остались в чертогах орденской твердыни, кою мы пристроили к библиотеке, и заботились о нашем новом помёте. Только Мурка уже вырастила первых детей. Удивительно, что в нашем первом помёте был лишь один самец и три самочки. Дочки пошли в мать и больше интересовались исследованиями. Правда им была интересна не странная мана, а псионика и прана, и успехов у них уже больше, чем у матери. Дочки доказали на примере орков, что праной можно также управлять. Орки при помощи скудных способностей в псионике подсознательно задействовали энергию жизни и делали своё тело сильней. Управлять праной было очень сложно, но мои малышки не унывали и работали не покладая рук. Уже сейчас мы переняли способность орков и могли усиливать свои и так не маленькие физические показатели.

Но что выделяло наш вид, так это две основные черты. Мы в первую очередь были самыми ментально зрелыми особями наравне с перворождёнными матерями. Видно особенность первичной формы и её обязанности изменились в нас после мутации, и теперь могли чётко ощущать ментальную зрелость других особей.

Орки были на уровне новорождённых либри, то есть дети. Стоит отметить, что со временем ментальная зрелость росла у каждой особи. И если воспитанием занимались наши меньшие братья, то можно заметить, что при их помощи отвечавшая за разум часть души и самосознание росли на порядки быстрее. Ведь младшие коты учили жизни юных особей, разъясняли отличия сказок от реального мира, делились мудростью и разжёвывали в понятном для обучаемых ключе любую информацию.

С нами в бой идут самые зрелые особи среди либри, а также толпа почти детей из орков. Орки ещё не повзрослели, для них всё это большая игра в псевдо-выдуманный социум из другого мира. Хотя и стоит отметить, что часть орков уже перешагнули, так сказать, планку подростков.

Кивнул мимо проходившему сыну. Достойный вырос потомок. Сын уже не уступал мне телом и стремился догнать меня в мастерстве клинка и пси-магии.

Псионная энергия, да и вообще любой вид энергии, что вырабатывали наши души, были интуитивно понятны нам. Это и была вторая основная черта нашего вида. Праматерь не могла нарадоваться на нашу особенность, наседала на мелкие комки шерсти, требуя тех мутировать в полноценных катаров. Праматерь не чуралась учиться у всех других особей, но в последнее время больше всего времени уделяла именно нашему виду, часто и подолгу проводя тренировки в нашей твердыне.