Я несся вперед, видя Стального Медведя, но на бегу не понимая, движется он или нет. Ален бежал слева. Все, на чем я мог быть сосредоточен, это на правильной постановке ног. Главной целью было не упасть в этом болоте, и я старался прыгать с кочки на кочку, не теряя скорости.

Позади раздался взрыв, точнее два, прозвучавшие практически одновременно и потому слившиеся воедино. На нас посыпалась каменная крошка и комья земли. Что-то очень больно ударилось мне в спину, но я все же сумел удержаться и не сбить темп бега. Через секунду после взрыва, сквозь звон в ушах я различил неистовый, звериный рев. Рев полный ненависти, боли и лютой злобы. Рев, от которого свело все мои внутренности, но страх лишь придал сил ногам.

Я не знал, бегут эти твари за нами или нет, я не думал об этом. Все мое сознание сжалось и сосредоточилось вокруг одной единственной, очень простой мысли: «Бежать! Бежать быстрее! Бежать к машине! Бежать от смерти!».

Теперь я видел, как приближался броневик, он был уже совсем рядом, когда Лилит закричала в наушниках:

– Клайд! Ален упал!

И только тогда я обнаружил, что вояки нет рядом. Я обернулся на бегу, старясь не сбавлять шага. Ален лежал на спине, всего в пяти-шести метрах позади. Он вскидывал винтовку, но к моему ужасу тварь оказалась уже над ним. Одним мощным ударом грендаль выбил из его рук оружие, и оно отлетело в сторону уже несколькими частями. Второй удар был нанесен стремительно, когти полоснули по груди Алена. Не было времени решать, выбирать или что-то обдумывать. Я дал себе упасть спиной назад и, вскинув винтовку, выпустил очередь по чудовищу. Грендаль отпрыгнул в сторону, и я увидел, как две другие твари появились из-за руин.

– Не вставай! – закричала Лилит.

Оглянувшись и увидев выбрасывающего из-под себя комья грязи Медведя совсем рядом, я понял, что меня ждет. Лилит не собиралась останавливаться, и мне оставалось лишь надеяться, что она знает, что делает. Я вжался в вязкую жижу, успев заметить напоследок, как стремительно ринулась на меня ближайшая тварь. Затем я зажмурился, и несколько тонн бронированной стали пронеслись надо мной. Раздался короткий визг и одновременно с ним мерзкий хруст.

Открыв глаза, я обнаружил, что лежу под броневиком, который прекратил движение.

– Клайд! – закричала в наушники Лилит. – Клайд! Ты жив, Клайд?!

– Жив, – только на такой ответ хватило моих сил.

Всего в полуметре от меня под колесами машины судорожно дергался раздавленный грендаль. Раздавленный, но к моему удивлению все еще живой. Он хрипел и тянул ко мне свою когтистую лапу.

Сверху заработали боковые турели Медведя.

Я вытащил пистолет и, подавшись назад, выстрелил чудовищу в голову. Тварь задергалась, забилась в своей звериной истерике, неистово клацая челюстями. Мне пришлось выстрелить еще трижды, прежде чем монстр издох. А, ведь, этому грендалю не хватило всего мгновения, чтобы вонзить в меня свои когти. Всего одно мгновение решило, кто из нас с ним сегодня умрет.

Пулеметные очереди стихли, и я вновь подключился к камерам броневика. Видимо, одной из двух тварей удалось уйти. Останки первой лежали недалеко от тела Алена. Пулемет успел разобрать ее на части до того, как она подобралась к нашему снайперу. Ален был еще жив и даже находился в сознании, пытаясь шевелить руками и ползти.

– Отлично сработано, – похвалил я Лилит.

– Ага, – отозвалась та.

Похоже, она была в шоке и испугана не меньше моего. Однако, сделала все правильно и быстро, за что стоит отдать ей должное. Возможно, будь на ее месте кто-то другой, мы с Аленом уже были бы мертвы.

– Ален ранен, – произнесла она.

– Я вижу. Оставайся на месте. Тут у тебя больше обзора. Я за ним, а ты прикрывай.

– Надеюсь, они больше не появятся.

– Я тоже.

Я дал себе пару секунд на то, чтобы сосредоточиться, и затем, выбравшись из-под бронемашины, бросился к Алену.

Он лежал на спине, неотрывно глядя в небо и часто дыша. Правую руку он прижимал к груди. Его куртка и бронежилет под ней были распороты тремя длинными полосами, из которых обильно текла кровь. Левая рука словно застыла в согнутом состоянии и двигались лишь пальцы, непрерывно сжимая и разжимая кулак.

Я не знал, видит ли меня Ален, осознает ли, что сейчас происходит вокруг, но я не стал обращаться к нему, а просто подхватил руками за подмышки, и потащил к Медведю. Солдат оказался тяжелей, чем я думал. Тащить его тело по болоту было невероятно сложно, и мы двигались очень медленно, пока он, видимо, все же придя в себя, не начал перебирать ногами, хоть немного облегчая мне задачу.

Дважды, пока мы не оказались возле машины, пулемет выпускал короткую очередь по развалинам. Я не знал, делает это Лилит профилактики ради, или грендали все еще планируют поживиться нашей плотью. Я не стал отвлекаться и смотреть в ту сторону, полностью доверившись внимательности нашего доктора.

– Открывай нам рампу, – скомандовал я. – Мне не затащить его через люк.

Как только мы оказались внутри, и рампа броневика закрылась за нами, я рухнул на пол, давая мышцам и нервам минутный отдых.

Тут же появившаяся в салоне Лилит опустилась рядом с телом Алена, который потерял сознание сразу, как только я втащил его внутрь, словно намеренно не давал себе отключиться, пока мы не окажемся в безопасности. Может, так оно и было. Я многое слышал о подготовке специальных подразделений военных, которые работают за стеной. Ален был как раз из таких, сомневаться не приходилось, а они крутые ребята.