Ничего подобного прежде она не испытывала. Никогда в жизни. Снова посмотрев на него, она вдруг вспомнила парочку историй, рассказанных Анитой, когда та только вышла замуж. После медового месяца в Уэльсе Анита заметно переменилась, и при первой встрече Кейли жаждала знать подробности. Графиня Бриджертон была достаточно откровенна, чтобы подруга поняла, как это, быть замужем.

Так вот в эту самую минуту Кейли вспомнила её слова про поцелуи, объятья, и что муж обязательно должен полностью раздеться перед тем, как лечь с супругой в постель, чтобы продолжить, и, соответственно, жена должна сделать то же самое. Кейли мигом покраснела и почувствовала, как по спине у неё скатилась капелька пота, потому что она моментально представила этого капитала без одежды в её собственной спальне.

Полёт фантазий так и длился бы дальше, однако случилось то, чего она совсем не ждала. Лорд Эшбёрн предложил ей и капитану Стоуну немного прогуляться по парку. На мгновение Кейли запаниковала (чего раньше не было), затем с мольбой взглянула на мачеху (чего тоже раньше почти не происходило). Но леди Кларисса лишь улыбнулась, как улыбается любая мать, желающая подбодрить своего ребёнка.

— Просто будь собой, крошка, — шепнула она девушке, когда та поднималась из-за стола.

Когда такое происходит, когда человек разрывается между желанием сделать что-то или воспротивиться этому — тут уж не до манер, этикета и прочей светской чепухи. Но Кейли твёрдо велела себе не упасть в грязь лицом, она выпрямилась, выдохнула и, не взглянув больше на собравшихся за столом, неторопливо последовала за капитаном по дорожке. Затем они поравнялись шагом и через минуту уже остались наедине.

Как же ей неловко! Такого определённо никогда ещё не случалось! А ведь ей, Кейли Хардинг, даже в невинные пятнадцать лет палец в рот не клади — она всегда найдёт, что ответить. Помимо прочего, она уже беседовала с офицерами, поскольку у виконта множество связей в министерстве. Он даже знаком с герцогом Веллингтоном.

Но почему-то именно сейчас она не может собраться и начать диалог. Они с капитаном Стоуном прошли уже два поворота, а никто из них ни слова не произнёс. Кейли то и дело бросала на него восхищённые взгляды. По её мнению, он был скромен, возможно, даже смущён, оттого молчал. На минуту она задумалась: а вдруг она понравилась ему не меньше, чем он ей? Тогда всё объяснимо! Тогда она попросту самая счастливая девушка в графстве и может хоть завтра выйти за него замуж.

От таких радостных мыслей Кейли захотелось петь и танцевать. Она осчастливила себя этой идеей, и теперь желала лишь вывести капитана на разговор, затем откровенно всё прояснить. Воистину отличный план!

— Вам, наверное, скучно было слушать меня там, за столом.

Когда он произнёс это, девушка словно с небес на землю вернулась. Она мигом заверила его, что это вовсе не так, и рассказы о победе над Наполеоном и объединённых армиях куда интересней, чем светская болтовня о погоде и сплетни про соседей. Тогда он улыбнулся и кивнул, взглянув на неё. В ответ Кейли улыбнулась так лучезарно, и, как она считала, мило, что щёки заболели.

Они перебросились ещё парой фраз, затем она попросила капитана рассказать побольше о его семье. Как оказалось, лорд Эшбёрн был лишь его опекуном, а родной отец умер от лихорадки ещё до его рождения. Мать капитана скончалась, когда ему было одиннадцать. Так что Кристофер Эшбёрн растил его в одиночку.

Кейли ему очень сочувствовала. Она решила, что у него было не слишком счастливое детство. К тому же отчим рано отдал его в новое Королевское военное училище в Сандхёрсте. А ещё у него был младший единоутробный брат, сын Эшбёрна.

И всё то время, пока он говорил, Кейли не только могла наслаждаться звуками его голоса, но даже просто смотреть на него, молча восхищаться и на задворках сознания представлять их совместную жизнь. От такого по её телу бегали мурашки, и в горле пересыхало.

«Какой он статный и крепкий, — подумала она с удовольствием, разглядывая его плечи и руки. — В мундире не настолько заметно, но я уверена, что и тело у него красивое. Не то, что эти худющие родовитые англичане ростом с великанов! У него-то рост приемлемый, так что года через три я уже не буду казаться на его фоне коротышкой…»

Кейли хитро заулыбалась, и он это заметил. Тогда она решила начинать раскрывать карты.

— Простите меня, капитан. Я вела себя несколько вольно за столом. Обычно я не такая… — она вспомнила обо всех шалостях, которые устраивала на приёмах отца, и едва не прикусила язык. — Я лишь сегодня узнала о нашей с вами встрече и, кажется, мои ожидания оказались ниже того, что я увидела.

— Вот как. Понимаю.

Он произнёс это слегка безучастно, но она не придала его бесстрастному тону значения.

— Вы, разумеется, давно привыкли к пристальному вниманию со стороны леди, верно?

— Я бы так не сказал.

Кейли слегка насупилась. Она ожидала услышать, что он, как и она, стал «жертвой» в погоне за удачной партией, тогда она бы заметила, как много у них общего, и что это явный знак. Но этого не произошло.

Они прошли ещё немного в тишине, и дорожка как раз повернула назад возле большого валуна. Когда капитан галантно пропустил Кейли вперёд, она улыбнулась и подумала о том, что уже любит его. Прошло не больше пары часов с момента их встречи, а она уже любит его! Она хотела посмеяться над собой, но сдержалась. Что сказала бы Анита? Что она романтичная дурочка. А леди Кларисса? Наверняка, покачала бы головой и сказала бросить эту затею.