Вот тут-то небольшая проблема возникла, стража ни в какую не хотела пускать вампиров в город. Даже на мое заявление, что они со мной, посмотрели очень скептически. Пришлось дожидаться какого-то мага, который меня чуть ли не обнюхал, но, в конце концов, дал свое заключение, что я человек и свободный. Что он имел в виду под этим определением, я так и не понял, зато, видать, поняли Кор с Карой, потому как явно разозлились и что-то потом долго выговаривали этому магу.

В сопровождении одного из стражников мы дошли до какого-то постоялого двора, где с трудом, но все же сняли одну большую комнату на всех. Селить нас по отдельности хозяин категорически отказался и заявил, что или так, или мы можем проваливать на все четыре стороны. Мало того, хозяин затребовал с нас всего за одну ночь целый золотой. Судя по реакции молодых вампиров, цена была не просто завышена, а задрана до небес. Но… опять же, деваться-то некуда, пришлось соглашаться. В общем, городишко этот вызвал у меня чувство резкой антипатии. Вампирам пришлось продать здесь все свои трофеи, хотя и было ясно, что нормальной цены им не дадут. В итоге они получили всего десять с мелочью золотых. Чтобы не отставать от вампиров, я тоже отдал за бесценок часть своих трофеев, шкуру зубастого зайца, или зубаря, и еще несколько малоценных шкурок и пару каких-то корешков, затрофеенных мной только из-за того, что из памяти граф знал, что эти корешки с удовольствием берут маги-алхимики. В результате всех этих торговых операций я тоже «разбогател» аж на семь золотых и пару серебряных монет. Но, если честно, то я ничуть не жалею, последующее после торгов представление стоило гораздо больше. И первую скрипку в нем играла Кара. Для начала она потребовала вызвать портного, сообщив, что ей, да и нам, не мешало бы переодеться. Вслед за портным девушка потребовала сапожника, затем лошадника, кузнеца, шорника и еще много кого, а потом окончательно добила хозяина, сообщив ему, что нам будет угодно смыть грязь пустоши. В общем, полночи постоялый двор вместе со своим хозяином и половиной городка не спал, исполняя прихоти молодой вампирессы, или вампирки, как там правильно. Кор чуть ли в полный голос хохотал, наблюдая устроенный сестрой бедлам, да и я тоже не сильно-то сдерживался.

К утру мы были чистые, кожа аж скрипела, переодетые и переобутые, с полными походными торбами продуктов и оказались владельцами трех местных «скакунов». Вообще-то, издалека местные кони почти ничем не отличались от земных, только вблизи можно было разглядеть, что вместо копыт у них четырехпалые лапы с солидными когтями, а вместо шерсти мелкая чешуя. Правда, в результате мы остались почти без денег, но ни меня, ни вампиров этот факт ничуть не смущал.

Мы успели отъехать от городка всего километра на полтора, когда Кара осадила своего коника.

— Вот теперь можно и поговорить и решить, что нам делать дальше, — сказала она.

— А что, разве есть варианты? — лениво спросил Кор. — Надо возвращаться назад в пустошь.

— Зачем? — не понял я.

— У нас с Кором осталось всего шестнадцать монет серебром. Не думаю, что у тебя много больше. В принципе, добраться до Лайяна, столицы Империи, нам вполне хватит. А дальше… Мы можем обратиться в наше посольство или торговую факторию, но не думаю, что нам смогут выделить больше пятисот золотых. А нам нужно больше, много больше.

— Зачем? — опять затупил я.

— Ну, давай считать, — присоединился к сестре Кор. — Портальный переход до Карса, столицы Империи Ингл, нам обойдется не менее полутора сотен золотых.

— За каждого, — уточнила Кара.

— Да, за каждого, — поддержал ее Кор. — В принципе, это все. Еще пара-тройка золотых обойдется добраться до Академии.

— Ну и в чем проблема? Если вы беспокоитесь на счет денег, то я верну вам, как только найду нормального покупателя на свои трофеи. Сто пятьдесят монет на троих, это четыреста пятьдесят, ну, еще двадцать-тридцать монет на непредвиденные расходы. От полутысячи остается еще двадцать монет, вы сами сказали, что добраться до Академии хватит и пары-тройки. Так зачем нам опять возвращаться в пустошь?

— Ты не понимаешь, Инг, обучение в Академии платное. За нас уже уплачено, а вот тебе придется где-то найти немаленькую сумму. Конечно, как только отец узнает, что с нами все в порядке и благодаря кому, то проблем и с твоим обучением не будет. Вот только я боюсь, что ты не примешь денег за свою помощь…

— Не приму, Кара, тут ты права. Если бы я сделал ради денег, то оговорил бы этот вопрос сразу.

— Вот я и говорю, нам нужно вернуться в пустошь. До окончания приема в Академию еще больше трех декад. Вполне достаточно времени, чтобы заработать хотя бы на первый год обучения.

— Ты абсолютно права, сестренка, но мне кажется, что ты кое-что не учитываешь…

— И что именно?

— Инг сказал, что у него еще есть какие-то трофеи, и, судя по его уверенным словам, трофеи довольно ценные. Может быть, парень не так наивен, как ты думаешь, и все предусмотрел? Инг, ты не покажешь нам, что ты умудрился припрятать? А мы прикинем примерную стоимость и подсчитаем, хватит тебе на обучение в Академии или нет, а если да, то на сколько.

— Кор, ну что он там мог припрятать?! В самом лучшем случае на пару-тройку монет…

— И все же, Инг, покажешь? Чтото мне подсказывает, что ты нас очень сильно удивишь.

— Да чем там удивлять-то… — скромно ответил я, вытаскивая из сумки шкуру той кошки.

— О Боги! Кор, это то, о чем я думаю?

— Я не знаю, сестренка, о чем ты там думаешь, но это почти целая шкура Призрачного Убийцы. Причем довольно большая. Тысяча, а то и все две золотых. Ну, Инг, удивляй нас дальше.

— Да это, в принципе, и все. Есть, правда, еще вот это, но я не знаю, имеет она хоть какую-то ценность или нет, — сказал я, вытряхивая из сумки моток сети.

— Алмазная нить. Десять золотых за локоть, если продавать напрямую альвам, то пятнадцать-шестнадцать. Сколько здесь, Инг?

— А я откуда знаю, примерно локтей тридцать, — перевел я метры в местную единицу измерения.

— Тридцать локтей Алмазной нити, еще полтысячи золотых.

— Нет, Кор, не нити, а сети. Это целая сеть, диаметром около тридцати локтей, — ответом мне была абсолютная тишина и скребущие по земле челюсти.

— Целая сеть?! Но как?! — выдавил из себя Кор.

— Вообще-то две.