— Ясно… — опускаю глаза на его ширинку.

Я колеблюсь всего секунду, потом берусь пальцами за пуговицу. Вожусь с ней и ширинкой, задевая костяшками горячую, изогнутую под плотной джинсой длину, не получая в ответ никаких упреков, только тишину и движения тела, позволяющие стащить с Кирилла Мельника штаны и оставить его в одних серых боксерах.

Я не пытаюсь отводить от них глаза. После всех манипуляций со штанами, из-под резинки выглядывает налитая кровью головка возбужденного члена, и его размеры отлично соотносятся с остальными параметрами этого тела.

У меня в животе тянет…

Кирилл за мной наблюдает, проводя рукой по волосам и хватаясь ладонью за спинку кровати.

Мышцы его бедер отчетливой линией выделяются на их внутренней стороне. Над коленями тоже. Сидя между ними, провожу пальцами по покрытому густыми темными волосками бедру чуть ниже края трусов, спрашивая с легким замешательством:

— Что это такое?

Его тату — черная полоска шириной в пару сантиметров, кольцом опоясывающая ногу.

— Мне было девятнадцать, я поспорил с другом, — слышу короткое пояснение.

— Ты, видимо, проиграл? — вскидываю на него глаза.

Его губы на секунду изгибаются в улыбке.

— Да, я проиграл. Условием было набить тату, я не хотел долго думать. Выбрал то, что могли сделать за один сеанс.

— Выбор странный, — говорю, чувствуя, как подкатывает к губам улыбка.

— Я был под марихуаной, — сообщает он.

Запрокинув голову, я смеюсь.

Мое веселье он никак не комментирует, просто наблюдает, как вожу пальцами по черной полоске, которая теперь кажется мне пазлом, просто прекрасно вписывающимся в общую картинку.

В ней есть что-то дерзкое. Что-то порочное.

Я не знаю, какой он в сексе. Мысли об этом заводят. Немного пугают. Но мне до скручивающего изнутри волнения хочется воплотить в жизнь тот анекдот, который показался ему таким несмешным.

В качестве извращенной насмешки, которая будет понятна только нам двоим…

Заглянув в его глаза, позволяю улыбке стечь со своего лица. Перескакивая глазами с него на мои руки, которыми оттягиваю вниз серые боксеры, Кирилл вымученно бормочет:

— Блять…

Кирилл

Кабинет мэра ничем не отличается от пары других мэрских кабинетов, в которых мне приходилось бывать. Другие города, чем-то похожие на этот, правда, проекты там были плевком в сравнении с тем, который холдинг развернет здесь. Я не смотрю на этот проект, как на что-то теоретическое. Он будет реализован, потому что его доверили мне, а второго шанса забраться почти на самый верх мне не дадут.

Собственно говоря, этот проект определит мое будущее. Я наступил не на одну башку, чтобы получить свой шанс. Желающих увидеть, как башку раздавят мне — тоже хватает.

Я слишком быстро оказался там, куда многие добираются всю жизнь, и этот факт бесит даже моего босса. Даже несмотря на то, что он мой тесть. Он строил свой холдинг всю жизнь, я могу его понять. В его системе ценностей я тот, кто всего лишь оказался в нужном месте в нужный час, не прикладывая к этому никаких усилий. Так оно и есть.

Давая мне шанс, мой тесть каждый раз надеется, что я его просру, а когда этого не происходит, продолжает тестировать меня дальше.

— Отличный выбор, — мэр Чернышов отодвигает в сторону ноутбук с выведенной на экран интерактивной картой города.

— Благодарю, — отзываюсь, сидя на противоположном конце длинного стола для переговоров.

Захлопнув крышку бука, Чернышов бросает на стол блокнот, в котором последние десять минут делал активные пометки, и смотрит на меня из своего кресла.

Его манеру общения и поведения никак не назовешь пассивно-агрессивной. Он не прячет свое мнение за доброжелательностью. Это второе наше общение, и мне уже понятно — если этого Чернышова что-то возмущает, он скажет об этом в глаза.

За окном снегопад, для марта снега в этом году слишком много. Я в курсе, с каким трудом местные коммунальщики справляются с ситуацией, думаю, доблестный градоначальник получает за это говна за пазуху примерно каждый день, тем не менее, выглядит мэр уравновешено, даже несмотря на то, что я не улучшил ему настроение.

Земли, которые мы выбрали под застройку — жирный кусок в новом, недавно отстроенном районе, который со временем заместил старый центр города.

Место выбирал не я, команда менеджеров, но я в курсе, насколько этот выбор дерзкий.

У Чернышова не так много вариантов. Послать меня нахер он не может, препятствовать… вполне. Он считает несправедливой поддержку пришлого застройщика, даже несмотря на то, что указание сотрудничать получил от собственного босса.

Иметь свое мнение похвально, но, я надеюсь, победит благоразумие. Я продал миллиардный проект на этапе разработки его губернатору, даже с ним не встречаясь. По-моему, для Руслана Чернышова это повод просто перестать выебываться.