— Всё. Он ушёл. Его там нет. Ты не видела его больше, верно? — спрашивает Томас.

— Кто?

— Русо. Его нет. Он пропал из поля твоего зрения, когда ранили Стана. Тогда ты вспомнила про туннели и нашла раненого Рома. Так, возвращайся мстить им, — подсказывает Томас.

Опять. Боже. Сейчас он увидит мою боль, моё разочарование и разбитое сердце. Он будет смотреть, как я убиваю его родителей. Он смотрит на это, и я чувствую Томаса. Он сидит со мной, пока я плачу над телом Гелы, а потом встаю, чтобы сжечь всё. И я ухожу, а за спиной горит замок.

Распахнув глаза, я смотрю на Томаса. Он, хмурясь, что-то обдумывает.

— Там был Радимил, точнее, была видна тень от него. Ты почувствовала его, но не придала этому значения. Когда ты вырвала сердце Гелы, ненадолго его тень попала в твой фокус. Но ты была занята своей болью и местью. Он был там. Значит, он, действительно, забрал тело Гелы ещё до пожара.

Я возвращаюсь к этому моменту и ловлю то, о чём говорит Томас. Он кивает мне, словно глядя на это вместе со мной.

— И что теперь? Гела может быть и у Радимила, и у Соломона. Они два сапога пара, — фыркаю я, не сдержав свою неприязнь.

— Нет. У Радимила нет, теперь я точно уверен в этом. Он бы никогда не отдал тело Соломону, потому что тот был полукровкой. Когда Соломон нашёл меня, то попросил обратить его. Радимил тот ещё ублюдок. Он на глазах Соломона убил его мать. И Соломон ненавидит Радимила. Радимил никогда не хотел иметь семью, а вот насиловать любил. Наима тоже родилась от подобной связи. Соломон нашёл её, думал, что у него будет семья, но прогадал. Поэтому тело Гелы точно находится у Радимила. И я думаю, что Русо жив.

— Он мёртв. Мой отец мёртв, Томас. Ты же сам видел его скелет. Он мёртв, — настаиваю я.

Томас отходит от меня и отрицательно качает головой.

— Это мог быть скелет любого из погибших. Его могли просто подменить, ведь мужские скелеты не особо отличаются друг от друга, у них нет особенного запаха, как у людей. Их не опознать. И я не могу объяснить… я просто чувствую это. Я чувствую Русо. Ты же видела, что он питал меня собой, — Томас бросает на меня напряжённый взгляд, и я киваю.

— Он делал это специально, как и пил мою кровь, чтобы в любой момент суметь найти меня, если отец спрячет меня. Я был ему нужен, как раб. Он и сделал из меня личного раба. И я всегда раньше синхронно чувствовал вместе с ним многое. Когда он возбуждался, когда злился, когда обманывал. Я всё это знал. Это как мой личный детектор лжи, и поэтому я прекрасно понимал Русо, что ему очень нравилось во мне. И я не потерял связи с Русо после того, как Радимил сообщил мне о том, что все погибли. Я был уверен, что Русо жив. Моя ярость этим и питалась. Я искал его. Кажется, я искал везде, но так и не нашёл.

— Может быть, это последствия обоюдного питания? Томас, я тоже его ненавижу. Правда, я сильно ненавижу своего отца, но он мёртв. Отец не может быть жив. Он бы никогда не позволил мне править двести лет. Он бы никогда не остался в стороне. Я помню, что он сказал твоему отцу обо мне. Что остальные мои сёстры намного лучше меня, а я лишь мясо. Так что твои чувства могут быть отголосками вашей связи.

— Я понимаю твои сомнения, Флорина. Понимаю. Но я чувствую, — Томас прикладывает ладонь к груди. — Чувствую его, словно он постоянно рядом.

— Я его дочь, — напоминаю ему. — Я могу быть твоим триггером и раздражителем, во мне его кровь и гены.

— Нет, это не то. Я знаю свою реакцию на тебя и на него. Она разная. Это Русо. Я не говорю, что он ходит где-то и спокойно живёт. Нет. Но я узнал, что у вас в крови есть свойство впадать в кому. Ваше тело не меняется, но вы выглядите мёртвыми. И если у тебя есть такая способность, то и у Русо тоже. Его могут где-то держать. Кто-то прячет его, и это точно не Радимил. Он боится твоего отца. Он предал Русо, а тот довольно жесток с предателями. Радимил бы струсил даже в таком виде держать Русо. Поэтому это кто-то другой. Но кто? Соломон тоже слишком труслив. Слишком. И есть ещё кое-что. Письмо. Я сжёг его, чтобы никто не увидел.

— Что за письмо? — хмурясь, спрашиваю.

— От твоего отца лично мне. Оно было в конверте вместе с завещанием. Рома указал место, где его спрятали. Я нашёл. В нём Русо описывал то, что я должен сделать, как правитель. Должен. Помимо этого, он сказал: «Я слежу за тобой, сынок. Ты должен продолжить дело отца, или отцу придётся вернуться, чтобы наказать тебя. Ты же мой хороший мальчик, Томас, так не подведи меня. Моя младшая дочь — это твоё мясо. Ты должен использовать её, как я тебя учил. Она плохо правит. Ужасно. Ты должен вернуть себе корону. Войной. Уничтожь Флорину, Томас. Уничтожь. Покажи, чему я тебя обучил».