— Хорошо, с этим понятно, а как действовать вы думали?

Я подошел к лежавшей на столе карте, на которой была отражена обстановка и начал.

— Да, думаю лучше всего ударить на Ораниенбаум, пробить коридор туда и уже оттуда наносить основной удар, как раз получится ударить немцам во фланг.

— Почему так?

— Так проще сосредоточить силы, получится более мощный удар, к тому же береговые батареи помогут при штурме.

Ораниенбаумский пятачок, небольшая территория, которая во время блокады Ленинграда так и не была захвачена немцами. Там находились батареи береговой обороны и именно они не позволили захватить его. Кстати в Севастополе тоже, пока на береговых батареях были снаряды он держался. Орудия крупного калибра просто не позволяли противнику приблизится, поддерживая свою пехоту.

— Основные немецкие укрепления как раз со стороны Ленинграда, а те, что в направлении Ораниенбаума мы сможем достаточно легко подавить именно при помощи штурмовых самоходок, думаю достаточно одного полка, что бы на протяжении одного километра проломить вражескую оборону. А потом ударом по флангу за его укреплениями оттеснить его и создать достаточно широкий коридор. Затем перебросив на Ораниенбаумский плацдарм нашу армию, и при помощи береговых батарей, мы проломим их оборону, после чего серьёзных укреплений у противника не будет. Пара батальонов КВ при поддержке пехоты и артиллерии и воздушном прикрытии вполне способны пробить дорогу нашим войскам. Тут главное держать собственные фланги, что бы немцы не прервали нам снабжение ударной группировки.

Я замолчал, а присутствующие, глядя на карту молчали, переваривая мои слова.

— А знает, может получится.

Это сказал командующий Ленинградским фронтом генерал-лейтенант Хозин. Затем почти час мы, стоя у карты, обсуждали моё предложение, пока Жданов меня не отпустил. Я ушёл, а остальные остались, правда Жданов после того, как отпустил меня, сказал — Товарищ Прохоров, я позвоню на Кировский завод, вы можете ехать туда в любой удобный для вас момент.

— Тогда товарищ Жданов я сейчас и поеду, а то ещё только середина дня, а чем быстрей там начнут, тем быстрей построят.

Жданов сразу позвонил на Кировский завод, и распорядился, что бы там выполнили просьбу полковника Прохорова, который сейчас к ним приедет, после чего стал обсуждать предложенный Прохоровым план дальше. А я так и поехал прямо из Смольного на Кировский завод, чего спрашивается время зря терять. Доехал быстро, а там прямо на проходной назвавшись, спросил, как мне проехать к дирекции завода. Как оказалось, главный конструктор КВ Духов, уехал в эвакуацию, так что работать над моим проектом будут оставшиеся инженеры, которых было немного.

Осенью 1941 года основные производственные мощности Кировского завода были эвакуированы на Урал, в Челябинск, вместе с оборудованием уехали и многие специалисты, в том числе директор завода Зальцман и конструктор КВ Духов. Также часть работников завода ушла на фронт, где они вместе со своими танками КВ вошли в сформированную в сентябре 1941 года 8-ую танковую бригаду.

Не смотря ни на что, оставшиеся специалисты выслушали меня очень внимательно, правда вначале они хотели предложить мне вместо самоходок танки КВ-2. На заводе остались заготовки КВ, из которых на оставшемся оборудовании всю блокаду делали и ремонтировали танки. Вот только мне такое счастье, как КВ-2 было не нужно, там в принципе больше недостатков чем достоинств, к которым на мой взгляд относилось только два, крупный калибр орудия и круговой обстрел и всё. Пришлось мне вступить с конструкторами в дискуссию.

— Я конечно понимаю, что вы радеете за свой танк, вот только мне такая дура не нужна, во-первых, она слишком заметна, больно высокая, к тому же и на наклонной местности больше склонна к переворачиванию из-за тяжёлой башни. Во-вторых, слишком тяжёлая, а значит и проходимость хуже и нагрузка на двигатель и ходовую больше, ну и в-третьих, стрелять полным зарядом из орудия нельзя, а то башню может или с погона сорвать, или заклинить. К тому же мне необходимо увеличить лобовую броню, а КВ-2 и так 52 тонны весит, а с увеличением лобовой брони и ещё больше будет.

— Хорошо товарищ полковник, что именно вы от нас хотите?

— Мне нужна штурмовая самоходка на базе вашего КВ, вместо башни боевая рубка и если возможно, заменить орудие на МЛ-20, там ствол чуть длиннее. Лобовая броня нужна в 100 миллиметров и под наклоном градусов в 30 — 40, а вот на бортах можно слегка уменьшить до 60 миллиметров.

— Почему на бортах уменьшить?

— Если на близкой или средней дистанции враг выйдет самоходке в борт и собьёт гусеницу, то в любом случае её сожжёт, тут просто необходимо правильно их использовать и не пускать в атаки одних без прикрытия. Их основная задача будет в поддержке других родов войск и уничтожении огневых точек противника, для того и лоб толстый нужен.

В реальной истории самоходка СУ-152 на базе КВ имела лобовую и бортовую броню толщиной в 60 миллиметров, так что наш герой только усилит лобовое бронирование, и да, вместо стоявшего на КВ-2 орудии М-10Т, на СУ-152 стояла уже МЛ-20С.

— Ну не знаю, заготовки корпусов, а также ходовая и двигатели у нас ещё есть, а также некоторое количество орудий М-10Т, если вы хотите орудие на базе МЛ-20, то тогда его необходимо заказывать и когда мы их получим неизвестно.

— Сможете сделать 36 самоходок?