— Каральки гну! Ильич, отпускай Ковалева!

Телефон был старым, с чуть дребезжащей мембраной, но Димка хорошо слышал и голос Смирнова доносившийся из трубки.

— С какого перепугу его отпускать? Он у нас пока, единственный подозреваемый!

— Уже не подозреваемый, алиби у него.

— Алиби?
– глянул на Димку майор прищуренными глазами, — Надо проверить, что там за алиби и кто его выгораживает.

— Ильич, мля, хватит из себя Пинкертона строить, говорю — отпускай парня, железное у него алиби, которое я уже проверил! Или тебе, моего слова не достаточно?

— Ладно, понял тебя, Иван Васильевич, отпускаем.
– устало и чуть обиженно сказал начальник горотдела и положил трубку на аппарат. — Федоров, снимай с него браслеты, пусть катится!

— Владимир Ильич, но ведь все факты против него?
– почти заныл молодой лейтенант.

— Ты слышишь плохо или погоны жмут?
– майор строго глянул на своего подчиненного и вышел из кабинета, утирая пот платком.

Федоров красный от полученного втыка, сопя снял браслеты и тоже молча удалился. Один только звероподобный сержант, спокойно, но немного разочарованно сунул в держатель свою дубинку. Оставшись сидеть, прикрыв глаза привалился спиной к стене, полностью игнорируя недавнего задержанного.

Димка пожал плечами и потопал по коридору к выходу, он даже вежливо попрощался с пожилым старлеем сидящим в дежурке, можно сказать, отчасти благодаря ему и его настойчивости, он не отхватил сегодня люлей по почкам. Вышел на улицу, где хоть и было всегда пасмурно, но все одно — намного светлее чем в милицейском помещении, поэтому не сразу увидел Ирину, стоящую у куста сирени, метрах в тридцати от входа.

— Извини, заходить не стала и так пришлось к Смирнову идти. Не били хоть?

— Нет, Ир, не успели.
– он хотел поцеловать девушку в губы, но она чуть повернула голову, но в щечку себя поцеловать позволила, — Спасибо тебе большое, я про тебя не хотел говорить. Да и все равно, отпустили бы, не я же ее убил.

— Ох, Дмитрий, ну как ребенок! Чувствую, еще десять раз пожалею, что с тобой связалась! Иди давай домой, я на работу побежала.

— Тогда, до вечера?
– спросил ей уже в спину Дмитрий, — Я на работу заходить к тебе подойду.

— Не надо приходить, я сегодня до двадцати двух дежурю.

— Тогда у больницы ждать буду, провожу.

Она остановилась, раздраженно повернулась, видно хотела ответить что-то резкое, но вновь увидев его глуповатую улыбку, только вздохнула и пошагала прочь.

«Да ладно, прям как ребенок. Знала бы ты, что я мог через три минуты из отдела уйти, оставив только изуродованные серпом тела, вот только хороших людей убивать нельзя. Неправильно это. Потому как превратишься в такого же, как тот, что с Раисой расправился.»

Из общей кухни уже очень аппетитно пахло ужином. Димка сглотнул слюну, обед-то он пропустил, яичницу и сыр с сушками,запивая кофе он ел почти десять часов назад. Правда коньяк еще персиками из компота закусывал. Ну разве это еда для его организма, тем более при повышенной регенерации и метаболизм если бешенный. Сколько не закидывай, все словно в топке сгорает, не идя в вес.

Поздоровался с тетей Тасей, которая пригласила на ужин, но решил немного погодить и проверить содержимое рюкзака, хотя и ежу понятно, что если бы пистолет нашли, то так легко не отпустили. Хотя тут с оружием намного проще, чем в «большом мире».

«Вот куда его в комнате спрятать? По хорошему бы где-нибудь в конце коридора тайник оборудовать, где комнаты пустые стоят, но это долго. Да и сейчас, ближе к вечеру по коридору много постояльцев шастает, без лишних глаз не обойдется. Ладно, как говорят, мы на днях в рейд выходим, так все равно с собой его возьму, пусть пока в комнате будет. Да и ствол под рукой, не помешает держать.»

Дмитрий притянул кобуру с ПММ-ом к панцирной сетке, если не вставая на карачки под кровать заглянуть, то не видно и в то же время под рукой, на всякий случай. Потом, осмотрел выданные Костой монеты — шесть десятков, по тридцать штук в коробке. В одной коробке лучница, в другой монеты с гимнасткой, тоже олимпийские. Честно говоря и не знал, что еще серебряные в честь олимпиады выпускали. Хотя чему удивляться, если тогда у Фантомаса из сейфа три платиновые забрал и тоже советские олимпийские.

Достал две монеты с лучницей и две с гимнасткой, сунул их в потайной кармашек кожанки к нескольким лежащим там полтишкам Кота, остальные сунул в середину свернутого спальника. На ремень прицепил один из ножей взятых у поезда. Так-то понятно, что есть замечательный магический серп, но не всегда его светить можно, да и так… пусть нож будет, раз уж пистолет пока в кобуре под мышкой таскать не могу.

Вместо хэ-бэ, надел удобный летний камок, а вместо уже разношенных удобных немецких ботинок, натянул новые берцы. Специально, чтобы обмять их немного перед рейдом. Накинул черную куртку Кота и отправился на ужин, где столкнулся с Лехой Башкой.