– Слушайте, я не ученый и не инженер. Мое дело подсчитать издержки и сбыть продукцию, а какова она - это уж ваша забота Но я человек простой, и, честно говоря, страж-птица начинает меня пугать.

– Пугаться нечего.

– Не нравится мне это обучающееся устройство.

– Ну, почему же?
– Макинтайр снова усмехнулся.
– А, понимаю. Так многие рассуждают, шеф: вы боитесь, вдруг ваши машинки проснутся и скажут - а чем это мы занимаемся? Давайте лучше править миром! Так, что ли?

– Пожалуй, вроде этого, - признался Гелсен.

– Ничего такого не случится, - заверил Макинтайр.
– Страж-птица машинка сложная, верно, но Массачусетский Электронный вычислитель куда сложнее. И все-таки у него нет разума.

– Да, но страж-птицы умеют учиться.

– Ну конечно. И все новые вычислительные машины тоже умеют. Так что же, по-вашему, они вступят в сговор со страж-птицами?

Гелсена взяла досада - и на Макинтайра и еще того больше на самого себя: охота была смешить людей...

– Так ведь страж-птицы сами переводят свою науку в дело. Никто их не контролирует.

– Значит, вот что вас беспокоит, - сказал Макинтайр.

– Я давно уже подумываю заняться чем-нибудь другим, - сказал Гелсен (до последней минуты он сам этого не понимал).

– Послушайте, шеф. Хотите знать, что я об этом думаю как инженер?

– Ну-ка?

– Страж-птица ничуть не опаснее, чем автомобиль, счетная машина или термометр. Разума и воли у нее не больше. Просто она так сконструирована, что откликается на определенные сигналы и в ответ выполняет определенные действия.

– А обучающееся устройство?

– Без него нельзя, - сказал Макинтайр терпеливо, словно объяснял задачу малому ребенку.
– Страж-птица должна пресекать всякое покушение на убийство - так? Ну, а сигналы исходят не от всякого убийцы. Чтобы помешать им всем, страж-птице надо найти новые определения убийства и сопоставить их с теми, которые ей уже известны.

– По-моему, это против человеческой природы, - сказал Гелсен.
– Вот и прекрасно. Страж-птица не знает никаких чувств. И рассуждает не так, как люди. Ее нельзя ни подкупить, ни одурачить. И запугать тоже нельзя. На столе у Гелсена зажужжал вызов селектора. Он и не посмотрел в ту сторону.
– Все это я знаю, - сказал он Макинтайру.
– А все-таки иногда я чувствую себя, как тот человек, который изобрел динамит. Он-то думал, эта штука пригодится только, чтоб корчевать пни.
– Но вы-то не изобрели страж-птицу.
– Все равно я в ответе, раз я их выпускаю. Опять зажужжал сигнал вызова, и Гелсен сердито нажал кнопку.
– Пришли отчеты о работе страж-птиц за первую неделю, - раздался голос секретаря.

– Ну и как?

– Великолепно, сэр!

– Пришлете мне их через четверть часа.
– Гелсен выключил селектор и опять повернулся к Макинтайру; тот спичкой чистил ногти.
– А вам не кажется, что человеческая мысль как раз к этому и идет? Что людям нужен механический бог? Электронный наставник?

– Я думаю, вам бы надо получше познакомиться со страж-птицей, шеф, заметил Макинтайр.
– Вы знаете, что собой представляет это обучающееся устройство?

– Только в общих чертах.

– Во-первых, поставлена задача. А именно: помешать живым существам совершать убийства. Во-вторых, убийство можно определить как насилие, которое заключается в том, что одно живое существо ломает, увечит, истязает другое существо или иным способом нарушает его жизнедеятельность. В-третьих, убийство почти всегда можно проследить по определенным химическим и электрическим изменениям в организме.

Макинтайр закурил новую сигарету и продолжал:

– Эти три условия обеспечивают постоянную деятельность птиц. Сверх того есть еще два условия для аппарата самообучения. А именно, в-четвертых, некоторые существа могут убивать, не проявляя признаков, перечисленных в условии номер три. В-пятых, такие существа могут быть обнаружены при помощи данных, подходящих к условию номер два.

– Понимаю, - сказал Гелсен.

– Сами видите, все это безопасно и вполне надежно.

– Да, наверно...
– Гелсен замялся.
– Что ж, пожалуй, все ясно.

– Вот и хорошо.

Инженер поднялся и вышел.

Еще несколько минут Гелсен раздумывал. Да, в страж-птице просто не может быть ничего опасного.

– Давайте отчеты, - сказал он по селектору.

Высоко над освещенными городскими зданиями парила страж-птица. Уже смерклось, но поодаль она видела другую страж-птицу, а там и еще одну. Ведь город большой.

Не допускать убийств...

Работы все прибавлялось. По незримой сети, связующей всех страж-птиц между собой, непрестанно передавалась новая информация. Новые данные, новые способы выслеживать убийства.

Вот оно! Сигнал) Две страж-птицы разом рванулись вниз. Одна восприняла сигнал на долю секунды раньше другой и уверенно продолжала спускаться. Другая вернулась к наблюдению.

Условие четвертое: некоторые живые существа способны убивать, не проявляя признаков, перечисленных в условии третьем.