— Матвей, подойди. — Позвал старый шаман.

Я встал со своего места и приблизился к шаманам.

— Все Одаренные считают, что исцелять могут лишь Жизнь и немного Свет, а применение Смерти считают возможным только в качестве атакующей стихии. Но это не совсем так. Смотри внимательно.

Старый шаман выпустил из своей руки щупальце толщиною в нить Стихии Смерти. Моментально некро — энергия разлилась вокруг нас.

— Смешение всех тихий, в том числе и антагонистов, вполне возможно, это просто их совместное применение. И их совместное воздействие может породить удивительные результаты, при правильном подходе. Комбинации формируют на основе техники печатей, а потом формируют на их основе узловую технику. Эти комбинации могут стать твоими козырными тузами в рукаве, а также полнее раскрыть твой потенциал как Лекаря или просто Одаренного. — Начал рассказывать Баир Баторович, в то время как его щупальце проникло в глазницу девочки и опутало глазной нерв, который выглядел «потухшим», как и голосовые связки девочки в «Оке Целителя».

— Мягкие ткани вполне возможно восстановить, если они погибли не так давно, особенно, если это какие-то маленькие части, но даже так, их восстановление требует просто огромного ресурса энергии от Одаренного, который проводит лечение. — Продолжал занятие Баир Баторович, а его аркан контролируемо «пожирал» мертвый зрительный нерв.

— Сейчас Жаргал вступит в аркан. — Сказал старый шаман, а Жаргал кивнул, закрыл глаза и положил одну руку на закрытый глаз девочки, а вторую на висок.

Руки Жаргала стали двумя вершинами печати по форме эллипса, вокруг и внутри которого вспыхнули два десятка рун по внешнему и внутреннему контуру печати. При этом внутри печати был еще один маленький круг, внутри которого осталось щупальце старого шамана.

Жаргал запустил свой аркан, и его энергия начала постепенно замещать энергию Закаменского. В итоге, прямо на моих глазах (делайте поправку на всё еще действующий аркан «Ока») энергия Жаргала влилась в тело девочки и принудила вырастить новый зрительный нерв!

— Теперь переходим на голосовые связки. — Кивнул Баир Баторович, и Жаргал кивнул.

На этот раз Закаменский выпустил два щупальца — по одному из каждой руки и запустил их внутрь через приоткрытый рот. Я вновь наблюдал, как аркан старого шамана ювелирно уничтожал поврежденные ткани, а затем аркан молодого заставляет организм самостоятельно восстановить потерянные ткани. Это было удивительно! И не только гибридное использование стихий — антагонистов, но и аркан Жаргала. Он не восстанавливал погибшие органы, он заставлял сам организм восстановить себя! Это же настоящий прорыв во всей медицине! Ведь так можно восстановить и потерянные конечности!

Когда лечение было закончено, Жаргал сидел, обливаясь потом и мелко подрагивая.

— Баир Баторович, это удивительно! Это же может стать прорывом во всей медицинской науке! Ведь так можно научиться восстанавливать и потерянные конечности?! — Мой словесный поток начался сразу же, как только старый шаман развеял свой аркан.

В ответ старый шаман тихо засмеялся.

— Жаргал, мальчик мой, сколько по результатам последней проверки составлял твой резерв? — Спросил старый шаман.

— Около пятисот единиц, наставник. — Ответил молодой шаман.

— И сколько ты потратил сегодня?

— Почти всё. Я пуст.

— Вот. — Поднял указательный палец вверх старый шаман, — и заметь, Матвей, почти полтысячи единиц ушло на восстановление щитовидного хряща, перстневидного хряща, черпаловидного хряща, голосовых связок и зрительного нерва. А теперь задумайся — какое количество энергии потребуется для восстановления одной кисти или стопы?

Тут мой позитивный настрой и закончился. Ведь, старый шаман говорил правильные вещи. Я слишком быстро воодушевился увиденным, забыв подумать о таких простых вещах…

— Простите, Баир Баторович, я замечтался.

— Мечтать — это хорошо, Матвей. Со временем мечты становятся целями, к которым мы стремимся. Возможно, именно ты сможешь создать на основе этой техники более совершенный аркан. — Улыбнулся старый шаман, — а пока, будь добр, позови родителей этой девочки.

Я кивнул и вышел из юрты. Родители малышки были тут, стояли у ступеней, ведущих в юрту. Исцеление девочки заняло порядка сорока минут.

— Господа, прошу пройдите к Баиру Баторовичу. — Сказал я.

Первой, почти вприпрыжку, по ступеням влетела мать девочки, я едва успел откинуть шторку. Следом, пыхтя, поднялся отец девочки.

— Просыпайся, малышка. — Я услышал голос старого шамана, который будил девочку.

Я вошел в юрту последним и увидел, как девочка открывает глаза. Второй глаз вновь видел окружающий мир, и девочка явно сама была в шоке, хотя и до конца не понимала, что произошло.

— И как тебя зовут, девочка? — С улыбкой спросил старый шаман.

Девочка молчала.

— Ну же, не стесняйся. Попробуй сказать свое имя, а я угощу тебя конфеткой. — В руках старого шамана появилась завернутая в обертку «барбариска».

— Н…н…на…на… На — дя… — Тихо прошептала девочка.

— Доченька! — Мать девочки упала на колени рядом с ребенком, обняла её и разрыдалась.

Отец девочки застыл в ступоре. Он явно не ожидал, что эта поездка принесет такой результат.

Мать подняла ребенка на руки и, тараторя: «Спасибо, спасибо, спасибо…», вылетела из юрты.

— А… — Отец девочки остался стоять напротив Баира Баторовича.