Небольшая пауза дала возможность активировать печать вознесения и быстро перелететь через тварь, приземляясь снова в центре комнаты, уходя из ловушки. Противно заверещав, скорпион бросился ко мне, размахивая своим хвостом. Сил оставалось мало. Сражаться под действием печатей, выкладываясь на полную мощность, можно было максимум секунд тридцать, и они уже, судя по усиливающейся слабости, подходили к концу. У меня оставалось время, чтобы нанести всего один удар.

Пропустив очередной укол ядовитого хвоста над головой, я на последних крохах энергии использовал поступь тени и сам приблизился к монстру. Не ожидавший нападения скорпион не смог увернуться или заблокировать направленный в его грудь удар. Клинок вошел в тело монстра по самую рукоять и, спустя мгновение, блеск муравьиных глаз потух, а тварь завалилась на пол, еще некоторое время дергая кончиком хвоста, с которого на пол капала кровь и какая-то зеленоватая жидкость.

— А я знал, что ты меня спасешь! — прокричал радостно Андрей, выползая из-под кровати, когда звуки боя прекратились. — Не просто так ты им не доверял и меня подлечивал, я до конца оставался в сознании, только сделать ничего не мог! Костя?!

Оказалось, что мы атаковали одновременно. В то время, когда клинок вонзился монстру в грудь, скорпион успел замахнуться и ранить меня кончиком своего хвоста, распарывая ядовитым жалом левый бок. И резко возникшую боль, которая буквально парализовала всю левую сторону, я почувствовал только тогда, когда тварь оказалась на полу. Подкатившая к горлу тошнота и головокружение заставили меня аккуратно опуститься на пол. Я чувствовал, как яд скорпиона распространяется по моему телу и отравляет его, и ни собственные жизненные потоки, ни магия огня не могут как следует его сдержать.

— Ты слышишь меня?! — потряс меня за плечо Андрей, наклонившись ко мне и заглядывая мне в лицо. — Плохо, как же все плохо. Что делать, о великий Сапсан, помоги мне, — прошептал он, начиная метаться по комнате.

— Дай мобилет, — едва разлепляя пересохшие губы, обратился я к паникующему парню. Тот остановился, видимо, пытаясь осмыслить вопрос, но потом подлетел, протягивая мне устройство. В глазах двоилось и руки не слушались. Если бы я не был магом жизни, то этот яд убил бы меня за считанные секунды, поэтому надежда на исцеление все-таки оставалась. Кое-как вспомнив и набрав номер Шмелева, я приложил мобилет к уху, стараясь элементарно не отрубиться и оставаться в сознании.

— Да, — раздался знакомый голос.

— Это Манулов, — прохрипел я. — Нужна твоя помощь. Надеюсь, ты сейчас в Норильске.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он. — Костя?

— Приезжай в «Оазис» и захвати противоядие от яда твари, которая напоминает одновременно муравья и скорпиона. — Прошептал я, чувствуя, как меня покидают силы, а сознание грозит покинуть меня с минуты на минуту. — И возьми с собой кого-нибудь, у нас тут проблемы с проститутками…

Волчонок подполз ко мне и положил голову на колени. Оглядев его на предмет повреждений, я увидел рваную рану, идущую от загривка по всему правому боку. Из раны не текла кровь, зато желто-зеленая жидкость обильно вытекала и капала на пол, скатываясь по гладкой шерсти. Все-таки, каким-то образом эта тварь смогла достать и причинить духу вполне существенный вред, хотя, как можно было это сделать, в голове у меня не укладывалось. Что это за монстры, которые могут владеть не только магией, но и способами влияния на существ, подобных моему волку? Мне просто повезло не только остаться в живых, после встречи с такими противниками, но и выиграть схватку. Все же они не ожидали сопротивления, именно поэтому и смогли мне проиграть.

Сколько времени я просидел, теребя шерсть на загривке волка и стараясь элементарно не отрубиться, не имел ни малейшего понятия. Я прекрасно понимал, что, как только усну или потеряю сознание, то перестану контролировать магию жизни и управлять уже потускневшими энергетическими потоками для сдерживания яда. А это, почти стопроцентная смерть.

— Я заберу щенка, — раздался в голове голос Манула, когда сознание начало уже окончательно уплывать. — А ты не смей помирать, пока не оставишь, как минимум, одного дееспособного наследника! — грозно рявкнул кот, от чего я открыл глаза и тряхнул головой, полностью приходя в сознание.

— А тебя только это и интересует, — прошептал я. Говорить было трудно, но мне было прекрасно известно, что Манул меня услышал. Я смотрел, как волчонок буквально растворяется в воздухе белой туманной дымкой, обдумывая слова вредного кота. А ведь передо мной была действительно поставлена еще в самом начале всего одна цель, которую я пока игнорировал, продолжая играть в войнушку с монстрами изнанки. Бог мне не ответил, хотя ничего другого от него я и не ждал. Хорошо хоть о духе позаботиться решил, вылечить его на самом деле сможет только он.

Андрей сидел рядом со мной на полу и, судя по всему, задремал. Я видел истинным зрением, что он еще находился под действием паралитического яда, но как таковой угрозы его здоровью он вряд ли смог бы принести. Большую часть яда я смог до этого убрать несколькими печатями очищения, поэтому направлять на него исцеляющее заклинание посчитал нецелесообразным, чтобы не расходовать силы, которых у меня уже практически не осталось.

Раздались быстро приближающиеся шаги по коридору, в котором находились комнаты. Сапсанов встрепенулся и вскочил на ноги, пристально глядя в сторону двери, делая несколько шагов назад. В глазах двоилось, поэтому я сразу не смог разглядеть, кто именно вбежал в открытый проход, но это точно был не один человек.