– Ну как вам? А? Классный же меч!?
– с довольным видом спросил его мальчик.

Внезапно все еще не восстановившийся до конца мужчина вскочил с кровати и схватил за плечи мальчика.

– Скажи мне! Где ты его взял!? Ты знаешь, где его владелец и что с ним случилось!?

– А, э-э-э...

– А ну отпусти его!
– крикнула бабка, которая вошла в комнату и ударом из воздуха отбросила мужчину и тот упал на кровать.

– Бабушка! Да он просто спрашивал, откуда у нас этот меч!

– Зачем тебе это знать?!
– спросила она, направив на мужчину посох.

– Этот меч принадлежал моему другу... вы не знаете, что с ним случилось?

– Нет и то, как он у нас оказался - не твое дело, рыцарь! Поскорее выздоравливай и уматывай отсюда! Джеки - больше сюда не ходи!

– Но...

– Никаких "но", понятно?!
– повысив голос сказала та.

– Ладно...

Когда они вышли, Конрад разлегся на кровати поудобнее и подумал.

"Почему у него меч Талоса!? Почему я оказался именно здесь?! Неужто... "они" были правы!? Неужели это судьба!? Какая же это ересь..."

И он начал вспоминать события, что произошли несколько лет назад...

///

Ну как вам? Какие мысли, почему с ним так поступили его "друзья" из культа Кароса!?

Глава 28. Падший Рыцарь II

Он выдвинулся в сторону столицы - Кардиас, сердце Доминиона Кароса.

Скрытая в глубинах сибирских лесов, недоступная для обычных людей, она была сокрыта тысячами километров Великого Леса и находилась в глубинах недр земных, дабы их никто не смог найти.

Однако истинный последователь Кароса всегда сможет найти туда путь по тайным знакам и особым биологическим меткам, специально оставленным тут и там, так что и Конрад, который там часто бывал по долгу службы, спокойно добрался туда. Правда пришлось потратить много времени, так как ему приходилось скрываться от своих бывших собратьев и начав путь летом он прибыл туда в начале мая.

Куда сложнее было проникнуть туда незаметно, однако же судьба решила ему даровать шанс и когда наружу отправился один из жрецов Кароса без охраны, он знал, что нужно делать...

Он подстерег его на поляне, где едва начали появляться первые цветы и тот явно наслаждался их видом. Конрад тихо подкрался к нему и уже было замахнулся для удара, но в конечном счете его рука дрогнула.

"Ну не могу я ударить жреца!"

Тот же явно ощутил что-то и развернувшись уставился на него своими шестью глазами.

– Ты! Это из-за тебя столицу наводнили воины и повсюду теперь охрана!

– Да, так и есть...
– сказал он и вырубил его рукоятью.

Спрятав его в кустах, он накинул на себя его мантию и конечно она топорщилась из-за разницы в телосложении - жрец был худощавым, а Конрад был атлетично сложен и весьма силен, к тому же был в броне, так что размер мантии был конечно не то чтобы под него, но в общем и целом это ни у кого вопросов не вызывало, так как у многих рыцарей также были мантии.

Он без особых проблем прошелся по подземным галереям столицы мимо толпы рыцарей и боевых жрецов ну и разумеется безумных флагеллантов и таки прибыл в главный храм Кароса, где возвышался его главный алтарь в виде огромного черепа.

Конрад сел на колени и сложив руки начал смотреть на лик Кароса и вести мысленный диалог.

"Владыка Карос! Я служил тебе! Я сражался за тебя! Я проливал кровь во имя тебя - как свою, так и чужую! Я отдал тебе все, что у меня было! А ты бросил меня на пути в никуда, когда я ищу твою защиту и твою помощь...

Я больше не твой слуга, я больше не твой щит и меч, я вообще больше не знаю, куда я иду...

Обстоятельства меня меняют, я не знаю куда и как...

Владыка! Я не хочу быть выброшенным как отработанный материал, укажи мне путь! Скажи мне, что я должен сделать!? Приведи меня обратно под свою защиту и благодетель!

Я ведь все делал для тебя, я всю свою жизнь положил во имя служения тебе!

Сделай для меня хоть что-то, о Владыка!

Я испорченный клинок, но я могу быть перекован!

Владыка, прошу, найди мне применение, верни меня обратно на путь истинный!"

Пока он так сидел и мысленно обращался к статуе из плоти, жрецы начали собираться для службы, прихожане также стали собираться и все обсуждали шепотом свои бытовые радости и неурядицы, политику и культурные события.

Однако все сторонились его и старались вести себя потише, так как всем было понятно, что тот усердно обращался к Каросу и прерывание такого действа было страшным оскорблением, так что ему никто не мешал.