– Понятно. Ладно, я пошла мыться. Кстати, я хотела у тебя спросить, Ту, а почему вы с Лей, да и Глашей, так фиксируетесь на этом человеке? В нём нет ничего интересного на первый взгляд. Раньше вонял пугалом, но теперь абсолютно непримечателен, – раздался удаляющийся голос. – Как у вас, евитов и лилитов, принято, вы влюбились?

– Ой, ты так говоришь, словно дети Костаэль не влюбляются, – протараторил голосок рядом со мной.

– Вроде бы, влюбляются. Не знаю, мои родители были вырожденцами, они сошлись на закате отца, а мама умерла при родах. Бабушка говорит, они любили друг друга. Говорит, что это красиво. Я не понимаю этого, впрочем, объяснить мне не смогла ни одна тётушка. Так ты влюбилась в Орехова? – произнесла Таниэль.

Тупой вопрос, она же слышала доклад по гномам. Влюбись она в мен\, практически не отлипала бы и давно об этом сообщила.

– С чего мне его любить? Нет, в этом плане он мне не нравится. Он скучный, неразговорчивый, скрытный и однозначно зануда, – всё ещё рядом со мной проговорила Ту Ла.

– Тогда какой тебе в нём интерес? Закончим доклад, и не стоит с ним даже говорить. Я слышала, что он из семьи, чья репутация и след столь отвратительны, что было даже имперское расследование, – раздался голос сквозь шум воды в какой-то из соседних душевых кабинок.

– Танька, а ты что не закрыла дверцу, там же есть!

– Не вижу смысла. Пустая трата времени. Ты сказала, что он не нравится тебе «в этом плане», нравится в каком-то другом?

– Пугало, – после некоторой паузы, выкрикнула гномиха.

Да что она орёт всё около меня?

Чуть кристалл не сорвался из-за неё.

– Орочье? – переспросила эльфийка.

– Ага. Сначала оно казалось отвратительным. Помнишь, полуорчихи даже стошнили в его первый день, а потом перевелись в другую группу, – хихикнула гномиха.

– И что? – уточнила Таниэль.

– Тогда эта вонь мне тоже казалась ужасной.

– А какой она ещё может быть? Мрак, позор, ужас, я понимаю девочек, сама бы перевелась, но это признак слабости.

– Ага, а мне постепенно это стало нравиться. Нескольким зверодевушкам, как я поняла, он приглянулся из-за этого запаха, но им не понравилась его воинственность. Приглянулся-то он травоядным, хи-хи, а для них орки, словно цветы для пчёл, так и манят! – Произнесла Ту Ла.

– Да, это в твоей части доклада, не забудь упомянуть, – добавила Таниэль.

– Ага-сь, не забуду. Вызубрила от начала до конца, буду во снах репетировать всю ночь.

– Ну, то есть он тебя заинтересовал из-за запаха? Ты словно зверочеловек.

– Ой, да нет, в первую очередь интерес в другом. Что означает орочье пугало?

– Что его пометила орчиха.

– Ага, то есть он опытный и ценный. А я хочу для себя запоминающегося… – Псё более тихим голосом произносила Ту Ла, пока не замолчала.

– Я не поняла, чего хочешь? – раздался голос эльфийки.

– Опытный он, а я нет. Пусть делится… ты уже выходишь? Как так быстро-то? – возмущённо раздалось чуть дальше.

В этот момент мой кристалл разума был готов всего на треть, но сил я вложил в это огромное количество. Однако при этом волшебство уже превосходило вариант из прошлого мира. С одной стороны это было хорошо, эффективность выше, с другой на пассивное поддержание затрачивалась колоссальная доля общего объёма любой маны.

– Я приняла купальные процедуры, что мне здесь ещё делать? – непонимающе спросила Таниэль.

– Голову мыть не станешь? – уточнила гномиха.

– Нет. Не сегодня.

– Ладно, тогда я тоже быстрень… й-я-ай! Танька, … разнесла воду по полу, в итоге я шлёпнулась во всю эту пыль! – раздался возмущённый голос после визга.

– Нет смысла давать себе стечь, раз есть полотенце, – произнесла эльфийка. – Я в раздевал-ку-у-у-у.

*Бац!*

– Хи-хи, ты там цела? – не сдержалась и захохотала Ту Ла, но всё же уточнила о здоровье соседки по комнате.

– Сама виновата. Да, мокрые шлёпки по кафелю в пыли… сама виновата. Придётся мыть голову, – произнесла приближающаяся особа.

Они сговорились мне мешать делом заниматься? Можно же всё делать тихо. Бегают, визжат, громыхают!

– О! Тогда помоги и мои помыть, они такие длинные, тебе-то проще с твоей длиной, – произнесла гномиха.

– Если не учитывать пропорции к росту, они почти равны, – холодно констатировала Таниэль.

– Ну, ладно, если тебе сложно, сама справлюсь. Но я слышала, что помощь другим – добродетель.

– Только при потребности.

– А ещё, что в некоторых странах девушки-люди специально омывают самых фигуристых гномочек, чтобы у них так же хорошо росло кое-что. А я самая прекрасная в этом отношении не только среди первогодок!