ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Старый Гораций, Валерий, Камилла

Валерий

Отцу, скорбящему о тягостной потере,

Царь утешенье шлет...

Старый Гораций

Не стоит продолжать,

И незачем меня, Валерий, утешать.

Двух сыновей война скосила слишком скоро,

Но мертвые, они не ведают позора.

Когда за родину дано погибнуть им,

Я рад.

Валерий

Но третий сын - кому сравниться с ним?

Ведь он - замена всем, как лучший между ними.

Старый Гораций

Зачем не сгинул он, а с ним и наше имя!

Валерий

Один лишь ты грозить решаешься ему.

Старый Гораций

И покарать его мне должно одному.

Валерий

За что? За мужество, достойное героя?

Старый Гораций

Какое мужество - бежать во время боя?

Валерий

За бегство ловкое - он славою покрыт.

Старый Гораций

Во мне еще сильней смущение и стыд.

Поистине, пример, достойный удивленья:

От боя уклонясь, достигнуть прославленья.

Валерий

Чего стыдишься ты, скажи мне наконец?

Гордись! Ты нашего спасителя отец!

Он торжество и власть принес родному граду,

Какую можешь ты еще желать награду?

Старый Гораций

Что слышу от тебя? Где торжество и власть?

Под руку недругов нам суждено подпасть!

Валерий

Об их победе речь странна и неуместна.

Возможно ль, что тебе еще не все известно?

Старый Гораций

Я знаю - он бежал и предал край родной.

Валерий

Он предал бы его, на том закончив бой;

Но бой не кончился, и вскоре все узрели,

Что бегством он сумел достичь победной цели.

Старый Гораций

Как, торжествует Рим?

Валерий

Спеши теперь узнать,

Что доблестного ты не вправе осуждать,

Один вступил в борьбу с тремя. Но волей рока

Он - невредим, а те - изранены жестоко.

Слабее всех троих, но каждого сильней,

Он с честью выскользнет из роковых сетей.

И вот твой сын бежит, чтоб хитрость боевая

Врагов запутала, в погоне разделяя.

Они спешат за ним. Кто легче ранен, тот

Преследует быстрей, а слабый отстает.

Настигнуть беглеца все трое рвутся страстно,

Но, разделенные, не действуют согласно.

А он, заметивши, что хитрость удалась,

Остановился вдруг: победы близок час.

Вот подбежал твой зять. Объятый возмущеньем,

Что враг стоит и ждет с надменным дерзновеньем,

Наносит он удар, но тщетен гордый пыл:

Ему, чтоб одолеть, уже не хватит сил.

Альбанцы в трепете, беда грозит их дому.

На помощь первому велят спешить второму.

Изнемогает он в усильях роковых,

Но видит, добежав, что брата нет в живых.

Камилла

Увы!

Валерий

Едва дыша, он павшего сменяет,

Но вновь Горация победа осеняет.

Без силы мужество не выиграет бой:

За брата не воздав, уже сражен второй.

От воплей небеса дрожат над полем брани:

Те - в ужасе кричат, мы - в мощном ликованье.

Увидел наш герой, что близко торжество,

И гордой похвальбой приветствует его:

"Я братьям тех двоих уже заклал для тризны,

Последний же падет на алтаре отчизны,

Свою победу Рим на этом утвердит",

Сказал он - и уже к противнику летит.

Сомнений больше нет: твой сын у самой цели.

Тот, обескровленный, тащился еле-еле,

На жертву, к алтарю влекомую, похож,

Казалось, горло сам он подставлял под нож.

И принимает смерть, почти не дав отпора.

Отныне наша власть не вызывает спора.

Старый Гораций

О милый сын! О честь и слава наших дней,

Оплот негаданный для родины своей!

Достойный гражданин, достойный отпрыск рода,

Краса своей страны и лучший сын народа!

Хочу, обняв тебя, в объятьях задушить

Ошибку, что меня успела ослепить!

О, поскорее бы счастливыми слезами

Омыть чело твое, венчанное богами!

Валерий

И ласкам и слезам ты скоро волю дашь:

Сейчас его к тебе пришлет властитель наш.