– Покажете? Я такое никогда не видел.

– Может быть, когда-нибудь твои глаза увидят многие секреты, но для того я должен тебе полностью доверять. Сейчас такого даже близко нет. Ты можешь проговориться, причём не по злой воле, а просто сболтнув что-то, с твоей точки зрения, мелкое и незначительное, но для моих конкурентов важное. Постоянно контролировать тебя сложно, да и не хочется, так что сам тренируй сдержанность.

– Я обещаю…

– Давай не будем терять время. Я пойму, когда ты будешь готов, но до того тебе ещё нужно долго учиться. Итак, если ты остаёшься, стоит продолжить наши занятия по выходу из тела и возвращению в него. А сразу после урока ты мне расскажешь о том, где и чему желаешь учиться. И перед расставанием получишь простенький учебник по истории оккультных наук.

Тоби Гиббинс чуть-чуть попробовал вкус власти и прелесть надбавки за руководство оперативной группой, а потому желал вернуться к командованию. И, лишь услышав об обыске в доме подозреваемого в краже алмазов, добровольно вызвался выехать главой досмотровой группы. Его утвердили. Во-первых, следователь уже был в курсе расследования. Во-вторых, других желающих не нашлось.

Страховые сыскари в большинстве своём предпочитали надёжное следование командам вышестоящего начальства. Шаткая и непредсказуемая должность руководителя следовательской группы манила немногих. Действительно, наверху солнышко греет сильнее, да и обильней проливаются струйки надбавок, премий, процентов за раскрытое дело. Хорошо? Казалось бы, отлично. Но и бури первыми накрывают мелких руководителей. Шквалами критики их треплет на совещаниях у начальства. Тайфуны негодования обрушиваются за несвоевременно сказанное или, наоборот, несказанное слово. Про торнадо, случающиеся после неудачных дел, даже вспоминать не стоит.

Работать надо только в серёдочке, в серединке, в серединочке! Только среди своих собратьев! Рука к руке, плечо к плечу, не высовываясь и не выделяясь из толпы. Ты им помогаешь, они – тебе. Ты одного прикроешь, другие прикроют тебя. Жалованье много лучше, чем в полиции, грешно жаловаться, хотя, конечно, всегда хочется большего. Но на собственный дом и институт для детей хватает.

А шустрики пусть рвутся вперёд. Много их было, где они сейчас? Кто-то слёг с инфарктом, не выдержав начальственных разносов. Кого-то выгнали за служебное несоответствие: наобещал много, а результат не обеспечил. Кто-то потерял семью, проводя слишком много времени на работе. Кто-то спился, снимая ежедневный стресс. Большинство заполучило сразу несколько позиций из этого списка. Наверх пробились единицы, сволочи из сволочей, и обязательно с дублёной кожей, нечувствительной к обидам.

Словом, конкурентов у Гиббинса не нашлось, но он не стал почивать на лаврах, продумал все возможные перипетии обыска, не пренебрёг мелочами, чтобы улучшить результат. Два штатных эксперта с металлоискателями, два специалиста с фотоаппаратами, запрошенные в техническом отделе, четыре крепыша с оружием из департамента силовой поддержки, два водителя на двух машинах из гаража и сам Тоби – царь, бог и главный начальник группы. До вечера, во всяком случае.

Коллеги двойственно отнеслись к сбору такой команды. Конечно, с ней не страшны любые случайности, а если удастся найти что-то полезное, то вопросов не будет. А вдруг не найдётся? Департамент, конечно, оплатит день работы одиннадцати человек и амортизацию двух машин, но хвалить за такое не станут.

Проще и правильней для отчёта взять не усиленную группу, а обычную из трёх человек. Следователь – как руководитель, но никто ему не запретит поснимать фотокамерой. Эксперт нужен обязательно, а шофёр заодно сунет в карман пистолет. В случае чего особого спросу не будет: три человека мало что могут сделать. Случится большой объём поисковых работ? Никто не откажется получить сверхурочные, а то и остановиться на денёк или два в недорогом мотеле. Хотя, конечно, риск нападения уголовников, чрезвычайная стоимость возможной находки – это аргумент, с которым трудно поспорить.

Группа расселась по машинам на рассвете, а к завтраку уже почти добралась до места. Ропот хоть и временно, но подчинённых заставил Тоби остановиться у закусочной, и там за кружкой тёплого кофе под яичницу с беконом, оладьи с кленовым сиропом и румяные тосты с маслом решался важный вопрос: ставить в известность об обыске местную полицию или не стоит?

Связка ключей от дома имеется. За столько лет замки могли и поменять, но они денег стоят, а красношеие фермеры тратиться не любят. Подъехать, вскрыть замки и ввалиться в дом, тогда будет легче договориться с жильцами. Зачем терять время на уговоры местных патрульных, естественно, тупых? Решение было принято, люди вновь расселись по машинам и поехали дальше.

Чаевые компания оставила весьма скромные, хотя разговоры велись крайне подозрительные, а потому хозяин заведения, он же повар, с подавальщицей, а по совместительству собственной женой, провели блиц-совещание, по результату которого на телефоне был набран местный номер.

– Алло! Офис шерифа? Тут к нам банда заезжала завтракать. Около дюжины морд на двух больших авто. Городские. Между собой шушукались, собирались устроить налёт на какую-то ферму, какую и где, не говорили. Номера машин? Жена записала.

Пригород не город, людей в офисе шерифа поменьше, но именно на такой случай и существуют гражданские помощники шерифа. Их обзвонили, и уже минут через сорок собралось человек двадцать с дробовиками и старенькими винчестерами. Из оружейки дежурным патрульным выдали два пистолета-пулемёта системы Джонсона. Из других участков округа выдвинулась подмога.

Тревожные трели прозвенели на всех фермах с телефоном, на всех заправочных станциях, во всех дорожных магазинах и едальнях. Пока банду не засекли, но все понимали, что это дело времени. Потому новый звонок не стал неожиданностью. Кто-то озабоченно заявил: