— Я знаю, — пробормотал я. — Но я просто… — Я, честно говоря, не думаю, что смогу оставить ее. Я выбросил эту безумную мысль из головы. — Просто держи это при себе, пока я не буду на сто процентов уверен в том, что происходит.

— Справедливо, парень. — Гибси вздохнул. — Мои уста на замке.

— Спасибо. — Опустив плечи, я уперлся локтями в колени и быстро набрал сообщение Шэннон, сообщая ей, что скоро уйду из спортзала, чтобы забрать ее в школу.

— Но это хорошие новости, — добавил Гибси, прежде чем направиться к раздевалкам. — И как бы там ни было, я горжусь тобой.

— Спасибо. — Я тяжело вздохнул и поплелся за ним. — Я думаю.

— Ты знаешь, — подтвердил он, снимая с себя одежду, как только мы вошли в раздевалку. Там было пусто, потому что мы были единственными двумя идиотами, достаточно сумасшедшими, чтобы находиться здесь с 5 утра понедельника. — Это хорошо, парень. Они собираются выбрать тебя. Черт, я почти уверен, что ты попал бы в команду еще в марте, когда твои кишки валились с ног.

— Я не знаю, Гибс. — Покачав головой, я подошел к своему шкафчику и разделся. — Я чувствую, что все происходит слишком быстро.

— Потому что ты боишься оставить ее, — размышлял он. — И тебе нужно больше времени.

Я беспомощно пожал плечами. — Как я могу оставить ее?

— Потому что ты должен, — напомнил он мне. — Потому что тебе семнадцать, и это твое будущее, и ты не собираешься все это выбрасывать. — Схватив полотенце из сумки со снаряжением, он направился в душ. — Это один месяц, Джонни. Четыре недели, парень. Это ничто в общем плане вещей.

— Я знаю, но это просто… — Я снова покачал головой и набрал еще одно сообщение Шэннон, прежде чем бросить телефон на скамейку и схватить полотенце и шампунь. — Это кровавое месиво.

— Именно это я и говорил все это время, — крикнул Гибси из-за одной из душевых кабинок. — Не ввязывайся ни во что серьезное, пока ты еще учишься в школе. Это верный путь к катастрофе, парень. Вы все думаете, что я сумасшедший, но я говорю вам, что я самый умный.

— Ну, я совершенно замешан в чем-то серьезном, — проворчал я, заходя в кабинку рядом с его кабинкой. Хлопнув рукой по хромированному соплу, я закрыл глаза, когда на меня полились струи обжигающей воды. — Итак, я явно не получил памятку.

— Это ты, парень, — усмехнулся он. — Это ты… О, найди мне немного шампуня, ладно? Его рука скользнула по разделяющей нас стене. — Пожалуйста?

Я плеснул немного шампуня себе в руку, прежде чем передать ему флакон. — Прошлой ночью я облажался с Шэннон. — Намылив волосы, я вымылся и вздохнул. — Действительно плохо, парень.

— Что ты сделал? — спросил он с другой стороны стены.

— Что-то глупое.

— Ну же, — уговаривал Гибси. — Расскажи мне все об этом, приятель. Сбрось груз с души.

— Я не могу этого сказать, — пробормотал я, скривившись. — Я слишком чертовски противен самому себе.

— Что ты сделал? — он рассмеялся. — Трахнул ее в машине или что-то вроде того?

Я опустил голову от стыда.

— Твое молчание говорит о многом, — поддразнил он. — Давай, парень. Что бы это ни было, оно не может быть настолько плохим.

— Это было так плохо, Гибс, — выдавил я. — Я даже не могу…

— Вау.. — Занавеска в душе вокруг меня распахнулась. — Ты проник в свою дырочку? — Гибси стоял передо мной, голый и весь в мыльной пене. — Ну? Ты ее трахнул?

— Убирайся, болван! — рявкнул я, задергивая занавеску на место. — И я не получил свою дырку — Господи, не говори это так.

— Извини, я забыл, что ты немного чувствителен к тому, как я называю вещи, которые касаются твоей маленькой подружки. — Отодвинув занавеску, он закатил глаза и выжидающе посмотрел на меня. — Ты занимался с ней любовью?

Я поморщился.

— Срань господня. — Его глаза расширились. — Ты занимался любовью!

— Я… — Захлопнув рот, я выключил воду и тяжело вздохнул. — Нам не следовало заводить этот разговор. Это неправильно.

— К черту это! — выпалил он в ответ с оскорбленным видом. — У тебя был секс со своей девушкой, и ты не собирался говорить мне! Когда это произошло?

— Субботний вечер, — выдавил я, чувствуя, как жар поднимается по моей шее. — И не смотри на меня так.

— Например? — фыркнул он.

— Как будто я предал тебя.

— Меня предали, — прорычал он. — Ты не можешь скрывать от меня такие пикантные новости. Я должен был узнать об этом первым делом в воскресенье утром.