Дерек оттащил его в дальний конец комнаты и отдернул плотную занавеску. Лунный свет пролился на пленника, окрашивая его измученное лицо в синий цвет. Белый, короткие темные волосы, по крайней мере, лет тридцати, достаточно взрослый, чтобы знать, что он натворил. Профессиональный преступник.

Дерек схватил другой рукой стул, приставил его к окну и швырнул на него мужчину. Бандит осел, отчаянно пытаясь втянуть в легкие немного воздуха. Его глаза округлились, зрачки так расширились от страха, что их чернота поглотила радужку, оставив только узкое голубое кольцо.

– Я знаю тебя, - выдавил бандит хриплым голосом.
– Ты Дерек Гонт.

Хорошо. Так будет быстрее.

– Шесть часов назад вы впятером вломились в дом Рэндалла и Мелиссы Айвз.

– Я клянусь, они не были оборотнями. Я клянусь, что они ими не были.

– Вы дважды выстрелили в Рэндалла в коридоре и оставили его истекать кровью. Вы убили Мелиссу на кухне тремя выстрелами, два в голову, один в грудь.

Глаза мужчины выпучились.

– Затем вы поднялись наверх и застрелили десятилетнюю Люси Айвз и ее семилетнего брата Майкла. Вы уничтожили всю семью. Вопрос один, зачем?

– Они не были оборотнями!

– Нет, они были людьми. Они были кузнецами.
– Дерек взял нож со стола.
– Этот нож сделала Мелисса Айвз.

Он вонзил нож в живот мужчины и сделал длинный неглубокий порез от одного бедра до другого. Из пореза хлынула кровь. В воздухе запахло кислятиной, когда лезвие перерезало кишечник. Мужчина издал прерывистый вопль боли и задохнулся от собственного ужаса.

– Зачем?
– спросил Дерек.

– У них был камень.
– Мужчина выдавливал слова между резкими вздохами.
– Какой-то металлический камень. Калеб хотел его.

– Калеб Адамс?

Мужчина, дрожа, кивнул.

– Да. Он.

Калеб Адамс начинал как ведьмак, но ковен изгнал его. Он провозгласил себя чернокнижником, и теперь он руководил бандой на окраине Уоррена. Окруженный кладбищем Саут-Вью и парком Лейквуд, Уоррен возник как часть проекта обновления города, но магия сильно ударила по нему. Это была бедная, вероломная и порочная зона боевых действий, где банды сражались друг с другом. Калеб Адамс чувствовал себя там как дома. Он был жестоким и жаждал власти, и, согласно последним уличным сплетням, он защищал свою новую территорию от двух других банд и проиграл.

– Где сейчас камень?

– Мы не смогли его найти.

Время для более детального разговора. Он поднял нож.

– Мы не смогли его найти!
– закричал мужчина.
– Клянусь! Мы перевернули весь дом в поисках него. Рик и Колин застрелили парня и его жену, и они оба умерли прежде, чем мы успели спросить.

– Почему ты застрелил детей?

– Это был Колин. Он застрелил женщину, а затем побежал прямо наверх. Он просто сошел с ума.

Он хотел бы знать, кто из них Колин. К сожалению, он не мог убить его снова.

– На что похож этот камень?

– Размером с большой апельсин. Блестящий металлический камешек. Он светится, если вынести его на улицу при лунном свете.

Дыхание мужчины замедлилось. Кровотечение начинало действовать.

– Три...
– прошептал он.

– Три чего?

– Три части камня. Рик сказал, что камень раскололся... на три части. Рик сказал, что у Калеба уже есть один, но он хотел получить все три. Он отправил... две бригады. Я не знаю, куда делась другая команда. Я рассказал тебе... все. Не убивай меня.

Губы Дерека сами собой растянулись в улыбке, движимой не юмором, а инстинктивной потребностью обнажить зубы, когда дикая натура проглядывалась в его глазах.

– От твоей руки пахнет порохом, а на рубашке брызги крови. Пахнет Майклом Айвзом.

Мужчина замер.

Дерек улыбнулся шире.

– Я не заключаю сделок с детоубийцами.

НОЧЬ БЫЛА СИНЯЯ.

Глубокое небо дышало, словно живое, маленькие светящиеся точки далеких звезд подмигивали ему, когда он бежал по ночным улицам. Выкатилась и взмыла огромная и круглая луна, проливая каскад жидкого серебра на полуразрушенный город. Она звала его так, как звала всех волков. Если бы у него не было работы, он бы сбежал из Атланты в питаемый магией лес за ее пределами, сменил бы свою человеческую кожу на мех и четыре лапы и выл бы на нее. Его человеческие голосовые связки получили слишком большое повреждение в том же бою, который изуродовал его лицо, но его волчий голос остался без изменений. Он впитывал это серебряное сияние, пока оно не исходило из его глаз, и пел длинную песню об охоте и бегстве по темному лесу посреди ночи. В такие ночи, как эта, он вспоминал, что ему всего двадцать. Но ему нужно было где-то быть.

Пятеро убийц Калеба отошли не слишком далеко от разгромленного ими дома, всего на пять миль, поэтому он перешел на легкий бег, в лучшем случае на милю продолжительностью в четыре минуты, и позволил ночному воздуху наполнить легкие. Мимо промелькнуло Казино, белый замок позеленел при лунном свете. Он мог только различить изможденные, нечеловеческие фигуры вампиров, ползущих вдоль его парапетов. Каждой нежитью телепатически управлял человек-навигатор. Он взял за правило убивать их, когда представлялась возможность. Это случалось не слишком часто — вампиры принадлежали Племени, а у Племени и Кейт было непрочное перемирие. Он не был с этим согласен, но так было необходимо. Иногда нужно было отложить свои личные чувства в сторону и делать то, что было необходимо.