С каждым шагом, кажется, их тревожили все более и более перепуганные куры, бесцельно щебечущие и суетящиеся из стороны в сторону. Все вокруг казалось забытым и опустошенным, как будто деревня задыхалась от своего собственного одиночества.

И тут, как назло, перед ними возникла старуха, словно из ниоткуда. Седые волосы, окутанные туманом веков, и мудрые глаза, искаженные множеством забот и скрытых секретов. В тишине она показалась Артему со Златой немного пугающей, но сам факт ее появления давал надежду на некую опору в этом заброшенном уголке мира.

– Понаехавшие? Чай устали? Заходьте ко мне, выпьете чайку из самовара, чай не пробовали такого чая, - предложила старуха, словно читая их уставшие мысли. Переглянувшись, блогеры согласились, испытывая смесь любопытства и тревоги, и вместе с ней направились в старую деревянную избу.

Внутри, на стенах, висело множество старых фотографий, будто немые послания из прошлого. Но особенно в глаза бросались снимки женщины с зелеными глазами. Было такое ощущение, словно она сторожила все происходящее, не позволяя забыть историю этой местности. Артем кивнул, показывая Злате на изображение Мары на фотографии.

– Это родственница?
– не выдержал Артем и спросил у старухи. Та задумчиво улыбнулась и ответила, будто проскрипела:

– Родство - штука относительная. Эта… - она указала на изображение Мары. – Надежда и опора. Желания исполняла. Правда не всем это нравилось, - старуха глухо засмеялась, словно пыталась одновременно с этим откашляться. Она суетилась около печки, что-то вечно переворачивая. Но вскоре она достала откуда-то самый настоящий самовар и поставила на стол.

– Выпей чаю, может откачают, - приговаривала старуха, разливая какую-то бурду из самовара, лишь отдаленно напоминающий чай.

– А это что? Травяной? – с опаской спросила Злата, чувствуя жажду, но брезгливость пока перебарывала.

– Травушки-муравушки, с поля собирала, злобу отдавала, - проскрипела старуха.

– У нас тут проблема небольшая. Машина не заводится. Не подскажите, в каком доме живет Степан? – откашлявшись, спросил Артем. «Совсем бабка двинулась умом!» - подумал он, но в слух не сказал.

– Степа? Степа-клепа, - захохотала старая. – Так помер он. Должок свой отдавал.

– Кармический? – робко спросила Злата. Теперь изба Мары казалась ей тихой гаванью, как говорится, все познается в сравнении.

– Культ «Черной Луны», - вдруг серьезно произнесла хозяйка дома. – Жертву не принес. Вот и забрала его костлявая, - и рассмеялась, будто каркала.

Злата вздрогнула, ощущая звенящую тревогу.

– Сынок мой скоро приедет, починит вашу автоклаву, - уже зло сказала старуха. – Вечера дождаться надо. Городской, скотина! Будь он проклят Черной луной, - и уже с щербатой улыбкой добавила. – Да вы пейте-пейте чай. Чай не отрава, чай силы будут. Дождитесь сыночку моего, дак уедете восвояси.

Артем кивнул. Вариантов было немного и проще уже дождаться эту «скотину городскую». Про культ «Черной Луны» спрашивать блогер уже не рискнул, желая свести беседу со старухой к минимуму. Не нравилась она. И не потому, что старая, а потому что вела себя как ополоумевшая.

Суетливый день в деревне тихо сходил на нет, куры стихли, а редкие жители разбрелись по домам, когда вдруг резонансно раздался громкий возглас.

– Больно! Мне так больно!
– прокричала старуха, замерев на месте. В глазах ее появились трепетные лучики ужаса, и женщина начала биться в сильных конвульсиях, словно утопающий человек, пытающийся всплыть на поверхность. Злата и Артем, встревоженно обменялись взглядами, не понимая, что происходит с этой «доброй» женщиной. В горле резко пересохло от страшного предчувствия, а тело покрылось липким потом.

– Марушка, пощади! Культом клянусь… А-А-А! – орала старая.

Секунды тянулись медленно, как вязаный платок на повязку. Старуха продолжала биться в страшных конвульсия, будто ее ломало изнутри, истерично, непроизвольно произнося непонятные слова, которые лишь подпитывали огонь страха в сердцах Златы и Артема. Они бессильно бродили вокруг старухи, мечась от одного объяснения к другому, в надежде понять, что нашло нее и не зная, как помочь.

Вдруг, среди порывов страшного раскатистого смеха, старуха произнесла несколько странных фраз.

– Ты думал, что сможешь меня победить? Веда, знай, что я знаю твои намерения! Я не сдамся перед твоими темными интригами!
– прокричала она и, громко захихикав, сверкнула глазами, как затаившая злодейка. – На все воля Мары!

У Златы и Артема откуда-то внутри возникло подозрение, и они поняли, что старуху накрыло галлюцинациями после странного чая из самовара, неведомая чужому человеческому разуму. Страшная акробатика ее тела, истеричный смех и странные слова врывались в их сознание, создавая нестерпимую напряженность.