Я лежал и никак не мог осознать и поверить во весь бред, что сейчас услышал.

— Подожди… что ты имеешь в виду, какая ещё мана? Ты сказала, что я мог взорваться?

Я был уверен, что это галлюцинация. Должно быть, у меня просто случился какой-то припадок после того, как меня сбила фура. Я усиленно пытался убедить себя в этом, пока девушка не сняла тряпку с моего лица, и я впервые её не увидел.

Я не мог четко видеть, но чувствовал, что вокруг меня что-то шевелилось. Перед моими глазами стояла розовая фигура в белом халате, похожая на женщину, но с десятком щупалец. Они тянулись в разные стороны, перемещая предметы по палате, измеряя температуру соседнему пациенту, наполняя тазик водой. Одно из щупалец держало в лапке что-то серебристое и блестящее. Я открыл рот и испустил пронзительный крик.

— Ай-ай-ай, какой милый, — пробормотала кальмарообразная женщина, и все снова погрузилось во мрак.

Когда я снова очнулся, то оказался в уютном кабинете с обшитыми деревом стенами. Доски сверкали золотистым оттенком, полки провисали от толстенных книг в кожаных обложках, а за окном был виден витраж с изображением дракона, поджигающего огромное дерево. Заметив, что моё зрение восстановилось, я поднял руку к лицу, ощутил на носу пару круглых очков, провел пальцами по тонким дужкам за ушами и почувствовал, что верхняя часть уха была непривычно заострённой. Прежде чем успел испугаться, за моей спиной раздался кашель, и я попытался вскочить со стула.

— Спокойствие, господин Стрельцов. Я знаю, Ваше появление было необычным, но Вы уже попали в лазарет. Если Вы сейчас свалитесь со стула и поранитесь, Вам придётся долго лечиться.

Голос был доброжелательным и успокаивающим, а рука на плече крепко прижимала к стулу, не давая мне вскочить на ноги…

— Добро пожаловать в Академию, я Элла Суворова, хозяйка «Дома Змеи». Юлия сказала мне, что Вы страдаете от магического отторжения — болезни, которая поражает разумных разных видов из миров с низким уровнем магии. Это так? — спросила она с добротой в голосе.

Сбитый с толку, я прикусил губу. Мне хотелось засмеяться над всем этим бредом. Пытаясь развеять наваждение, я снова потрогал свое ухо, ещё раз ощутив его заострённый кончик. Это было по меньшей мере странно, но мои уши действительно теперь не были полукруглыми. Я попытался что-то сказать, но замолчал, увидев, как Элла открыла ящик в своём столе. Она вытащила серебряное блюдо с крышкой и поставила его на стол. Сняв крышку, показала парящий чайник, два блюдца, чашки и фарфоровую тарелку с аппетитными печеньями, источающими аромат ванили, лимона и сахара. Я почувствовал, что мой рот наполняется слюной, еще до того, как она поманила меня рукой, предлагая попробовать.

— Прежде, чем мы обсудим Ваши проблемы, может быть, выпьете чаю? — она спросила с теплой улыбкой.

Я пережил так много потрясений, что почти онемел. На автомате взял чашку чая с печеньем на блюдце и поднёс ее к животу. Тогда впервые заметил, что одет в серую бесформенную футболку и широкие брюки того же цвета. Ткань была похожа на листья, и я едва не выронил чашку, когда увидел, что на задней стороне моих рук были мелкие чешуйки. Мой взгляд вернулся к женщине, сидящей передо мной, и она сочувственно вздохнула.

— Я понимаю. Ты переродился, верно? Это не твоё первое тело? — спросила она.

Все еще потрясённый, я только молча покачал головой.

— Понятно, это объясняет твое состояние, и я предполагаю, что ты пришел из мира, где магии почти нет? — продолжила она, подняв бровь.

Ко мне наконец вернулся голос.

— На Земле нет магии, — пробормотал я, еле слыша сам себя, и отпил глоток чая, чтобы смыть этот кошмар со своих губ.

Чай имел привкус маринованных огурцов с укропом, и я выплюнул его без раздумий, кашляя и задыхаясь. выронил из рук чашку и блюдце взмыло вверх. Но ни один предмет не упал на пол. Они зависли передо мной в пузыре бледного серебряного света. Я зачарованно наблюдал, как чай медленно стекает обратно в чашку, а затем посуда плавно опустилась на стол. Печенье покружилось в воздухе, как летающая тарелка, прежде чем приземлиться ко мне на колено.

— Простите, — тихо произнес я.

— Не стоит переживать, дорогой. Ты просто не пробовал чай с укропом раньше. Тут нечего стыдиться, — успокаивала она.

Ее снисходительный тон понемногу будил раздражение: мне не нравились сочувственные слова и терпеливое внимание, которое не могло помочь справиться с этим недоразумением. Я выпрямил спину и решил хотя бы насладиться печеньем. Оно было похоже на аппетитный лимон в сахаре и имело такой же вкус. Сахар придал нужной энергии, и я почувствовал, как мои силы постепенно восстанавливаются. Нужно успокоиться и разобраться в этом безумии, а не пугаться всего подряд, сказал я себе.

— Простите, мисс Су….Суворова, — начал я, запнувшись на имени, когда в голове вдруг зазвучала известная песенка,но,отогнав ее, продолжил, -на Земле нет магии, и у меня не должно быть ни чешуи, ни острых ушей. Я уверен, что я в коме, и это всего лишь сумасшедший сон. Последнее, что помню, это фура…

— Ой, дорогой, травматические смерти часто вызывают большую путаницу. Если ты здесь, значит Реинкарнационная Сеть обнаружила в тебе огромный магический потенциал. Здесь нет никакой ошибки, и это точно не сон. Забудь об этой глупости. Если магия твоего прежнего мира настолько слаба, что ты думаешь, что её не существует, это объясняет твое непонимание… но мы не можем допустить, чтобы ты считал Академию сном. Это лёгкий способ опять умереть, а людям редко удается выжить после второго перерождения, — строго закончила она.