Из леса вышли гоблины. Их было пятеро. Походка у них была нетвердая, шаркающая. Как будто они завалятся с минуты на минуту.

Они медленно погребли в сторону сидящих на траве мужчины и женщины, которые оцепенели и замерли от страха. Вскоре тишину пронзил женский вопль.

Услышав его, гоблины замерли на мгновение, затем пошли снова. Не дойдя до парочки с десяток шагов, они тоже уселись кружком на траву и начали о чем-то разговаривать.

— Не ори! — прошипел мужчина, боясь пошевелиться.

— Что они делают?

— Не видишь, играют…

— Играют? Во что?!

— Камень, ножницы, бумага…

Прошло несколько минут. Наконец игра закончилась. Один из них схватил себя за голову и с треском оторвал ее от шеи.

— Это чего происходит? — вновь спросила женщина у своего мужа.

В этот момент остальные гоблины встали, разделились на команды по двое и начали играть в мяч. Только вместо мяча у них была голова их товарища, которая каталась по траве и брызгала вокруг черной кровью.

Когда после очередного удара она подкатилась прямо к сидевшей на земле парочке и подмигнула им, это было последним, что они видели прежде чем свалиться в обморок.

Пока мои выстиранные в реке вещи сохли на солнышке, мы успели пообедать и уже пили чай с вареньем из неизвестных мне желтых ягод.

— В следующий раз я пойду с тобой, Макс-Дориан, — сообщил мне Хорнборн, выслушав краткий пересказ моих приключений в гостях у Вагассо. — Ненавижу гоблинов!

— Тогда и я тоже с тобой пойду, — промурчала Лакримоза, затем смахнула с губы капельку варенья и облизала палец. — Обожаю демонов. Они такие милые, словно малые дети… Сначала грозные и страшные, но стоит лишь немного надавить, как они превращаются в ласковых котят.

— Кто о чем, а эта только и думает, перед кем бы еще повертеть своей задницей, — проворчал Дориан. — Скажи им, что пока никто и никуда с тобой не пойдет — энергии еще у меня столько нет, чтобы целыми толпами по мирам путешествовать. Пусть здесь сидят.

Я передал ведьме с гномом слова Мора и сам немного расстроился. Жаль, что такие дела. Я себе уже планов настроил, чтобы Бормотуна с собой домой притащить. Ходил бы со мной по субботам на встречи с призраками, а я бы им неугодных пугал. Там таких хватает.

— Слушай, Дориан, а на Бормотуна это правило тоже распространяется или с ним можно что-то придумать?

— Посмотрим, — неопределенно ответил Мор. — Лучше спроси у ведьмы, чем они тут с призраком занимались, пока нас не было. Не зря же ты как вьючный ишак туда-сюда с этими сумками таскался. Кому сказать, не поверят — я, тот, от имени которого у людей стыла кровь в жилах…

— Ну, не совсем ты, если уж по-честному.

— Это ничего не меняет, смысл тот же.

Вот в этом весь Мор — бывают моменты, что иногда проще просто помолчать, чем попытаться его переспорить. Я посмотрел на Ибрагима, который все это время не сводил с ведьмы глаз. Вот интересно, он еще помнит о своей Леночке, из-за которой вообще оказался у меня в помощниках, или у него теперь новая любовь?

— Лакри, как тебе бутылки, которые я притащил от призрака? — спросил я у нее. — Он тебе что-то про них рассказал?

— Само собой, — она игриво подмигнула Турку. — Про все, что меня интересовало. Хороший он у тебя парень. Я даже ради него стала пить эликсиры, чтобы постоянно его наблюдать. Но работы там еще хватает — слишком много всего. Ты оставишь мне этого парня?

— Что скажешь, Ибрагим? — спросил я у своего помощника, хотя у того на лице было написано, что он бы с радостью тут прописался навсегда.

— Мой господин, если вы не против, я бы хотел… Там как раз несколько особо сложных эликсиров…

— Ну да, я так и подумал, — сказал я и бросил взгляд на Бормотуна, который посмотрел на призрака и облизнулся. — Оставайся. Все равно мне денек отоспаться нужно. Да и в Белозерск наведаться не мешало бы. Проверить как продвигаются дела с ремонтом в квартире и заодно узнать, что там с нашим проклятым артефактом.

Таким счастливым я Турка видел второй раз с момента нашего с ним знакомства. Первый раз, когда письмо написали и второй раз вот сейчас. Странный парень…

— Это называется любовь, Макс, — решил просветить меня Дориан. — Иногда такое происходит между мужчинами и женщинами.