— Я на все готов, — утыкаюсь лбом в холодное стекло. — Только с ней.

— Значит нужно добраться до Сони. Ползи, умоляй ее простить тебя, говори, что любишь ее и хочешь быть с ней. Надо, под окнами ночуй.

— Там главврач с заведующей в сговоре. Я пробил, они муж и жена. Денег предлагал даже дворнику, никто не берет. Пока ее не выпишут, я ее не увижу.

— Тогда найди способ, как достучаться до нее, как показать, что ты на самом деле раскаиваешься. Возможно, стоит написать ей письмо?

Письмо… Сука, какой же я имбецил.

Разворачиваюсь к брату и трясу его за плечи.

— Письмо, Рус! Почему я сам не догадался? Я сейчас закажу и отправлю матери цветы за то, что у меня есть брат.

— Да отпусти ты, бешеный, — он меня отталкивает, но его глаза выдают облегчение.

А цветы я обязательно отправлю. Не знаю, что бы я делал без своего брата. Младшего за меня на пятнадцать минут.

Каждую ночь я просыпаюсь ровно в три часа и лежу до утра, не смыкая глаз. Не знаю, почему именно в три, а не в два, и не в четыре. Но внутри будто срабатывает будильник.

И каждый раз первой приходит мысль — мне все приснилось. Приснился жуткий кошмар, в которой муж мне изменил. Я проснулась, и теперь все будет как раньше.

Но спасительная амнезия длится совсем недолго. Я вижу в темноте очертания больничной палаты, и реальность накрывает как цунами.

Измена мужа, его беременная любовница мужа — все оказывается правдой. И единственным лучиком света в этой беспросветной реальности остается мой малыш.

Я без конца прокручиваю в голове, что я сделала не так. Где я ошиблась. Говорят же, что когда в семье наступает разлад, в этом виноваты двое.

Я по дням пытаюсь отследить свою жизнь, чтобы понять, когда именно Рустам меня разлюбил. Именно разлюбил, потому что для меня нереально когда любят одну женщину, а спят с другой. В моей голове это не укладывается.

И я точно знаю, что поначалу Рустам меня любил. Любил, а не только хотел. Для меня два эти понятия и вовсе никогда не существовали отдельно.

Он был и моим мужем, и моим любовником. Первым и единственным.

Для меня секс это не только про тело, и Рустам это знает.

Наша с ним близость была неотъемлемой частью моей жизни, и мне физически больно когда я представляю, что ничего этого больше нет и не будет.

Потому я и поверила Лизе, сразу. Безоговорочно. Знаю, каким умеет быть Рустам, когда считает что-то своим. Именно таким, как она говорила.

Любовь мужа ко мне выражалась не только словами, а и поступками. Он делал все, чтобы моя жизнь была комфортной и безопасной. И я видела, что ему нравится заботиться обо мне.

Поначалу я не могла это принять, я привыкла заботиться о себе сама. Отец бросил нас с мамой, когда я была маленькая, и с тех пор маму больше интересовала своя личная жизнь, чем я. Я настолько привыкла обо всем думать сама, что забота Рустама поначалу даже напрягала.

Она проявлялась в самых мелочах — он отвозил и забирал меня сначала в университет, потом после работы. Когда Рустама не было в городе, меня возил его водитель.

Муж заботился о моем здоровье, выбирал для меня подарки не которые хотел сам подарить, а которые точно понравились бы мне. Рядом с ним я чувствовала себя счастливой и защищенной.

В какой момент все это перестало быть правдой, а стало лишь внешней оболочкой? Привычкой. Или еще хуже, ширмой?

А главное, зачем? Если муж меня разлюбил, что помешало ему просто со мной развестись?

Может, Лиза говорит правду, и всему виной то, что я так и не смогла забеременеть за эти три года?

На первых порах я не особо переживала по этому поводу. Я работала, муж работал — все казалось на своих местах. Но Рустам старше меня на восемь лет, и я видела как растет его желание стать отцом.

Через год он первым предложил сходить в клинику и обследоваться. Обоим. По его словам, чтобы убедиться, что у нас все в порядке и чтобы мы еще интенсивнее работали над этим вопросом.

Я согласилась, мы прошли обследование. У меня обнаружилась небольшая проблема, по словам врачей легко устранимая. Я прошла курс лечения, но с тех пор стала с завистью обращать внимание на молодых мам с маленькими детками. А еще на то, как смотрит на них Рустам.

Он проявлял особый трепет к детям, особенно к маленьким. Это было хорошо видно на семейных праздниках, куда приезжали родственники с детьми. И даже когда мы проходили мимо детских площадок с играющими детьми, Рустам останавливался и наблюдал за ними с улыбкой на лице.

Очередное обследование показало, что я полностью восстановилась, но беременность так и не наступала. Доктора советовали мне отдохнуть и расслабиться, и когда Рустам осторожно намекнул, что может мне стоит уйти с работы, я не сомневалась ни минуты.