— Я ударил его не так сильно.

— Сильно.

— Ну, я не хотел этого!

— О, я думаю, что ты хотел этого, — сказала я. — Ему нужна скорая помощь, Диллон. Медицинская помощь.

Измученным взглядом он уставился на Джона, все еще так пугающе тихо лежащего на полу. Вот тогда я сделала свой ход, ударив по пистолету, пытаясь выбить его у него из руки. Я схватила его за запястье и перенесла на него вес всего своего тела, выбив его из равновесия. Он был выше меня, но больной и очень худой. По крайней мере, я имела преимущество в весе. Испуганный звук вырвался из его горла. Мы боролись за оружие, я пыталась опустить его руку вниз и разжать его пальцы. Он выстрелил. Хлопок, похожий на ударную волну. Ничего такого, чего я не слышала бы раньше. Боль пронзила меня, но адреналин заглушил ее.

Его руки взмокли от пота, но этого было недостаточно. Я была недостаточно сильна.

В конце концов, Диллон сбросил меня с себя, для пущей убедительности пнув в живот. Кровь залила мой бок, и я упала на колени.

Дерьмо.

Итак, вот каково это — получить пулю. Это был полный отстой.

Он ударил меня наотмашь.

Все еще улыбаясь ему, я сказала с ноткой триумфа в голосе.

— Выстрел. Кто-то прямо сейчас звонит в полицию.

Он сморщил нос, его взгляд был недоверчивым.

— Ты гребаная психичка.

— Ты не первый придурок, наставивший на меня пистолет. — Мне удалось пожать плечами.

Бедный Диллон.

Нахмурившись, он перевел взгляд с меня на Джона. Дальше по улице засигналила машина. Диллон подпрыгнул.

— Черт, — пробормотал он. — Ты и есть та девушка. Та, которая была с ним в «Дроп-стопе», верно?

— Ага. — Я ухмыльнулась, кровь стекала с моей губы. — И если ты думаешь, что есть что-то, чего я бы не сделала, чтобы защитить твоего брата, то это ты чертовски сумасшедший.

Он просто посмотрел на меня.

Во рту у меня был привкус крови.

Отвратительно.

Я, должно быть, прикусила себе язык. Я сплюнула на пол и сделала мысленную пометку извиниться перед Леви позже. Если я буду все еще жива. Такими темпами, кто знает? Но, по крайней мере, я сражалась. Джон оставался неподвижным и молчаливым. Мое сердце сжалось от этого зрелища.

Слава Богу, что я сказала ему, что люблю его.

Если все закончится плохо, то, по крайней мере, он знал. Подумать только, мы с Ханг шутили по этому поводу совсем недавно вечером.

Дерьмо.

Я не хотела умирать.

Эта мысль пришла мне в голову из ниоткуда. Все безумные, рискованные, дикие, опасные, иррациональные вещи, которые я делала, например, торопилась пережить свои первые разы. Я была неправа, ожидая конца, ожидая человека с пистолетом.

Теперь он был здесь, и я хотела больше времени. Не просто набор быстрых острых ощущений. Время.

Время с Джоном и время с мамой тоже. Время, чтобы закончить школу и съехать. Время для путешествий и роста. Я хотела всего этого, но выбор был не в моих руках.

Я заставила себя подняться на ноги, они дрожали.

Ствол пистолета повис в воздухе, всего в нескольких дюймах от моей головы.

Его трясло. Рука Диллона дрожала. Я посмотрела мимо пистолета, фиксируя свой взгляд на нем. Рука, держащая пистолет, была вытянута, вес мужчины отодвинулся от меня, как будто пистолет был его щитом. Его уверенность улетучилась.

— Пристрели меня, тебя посадят в тюрьму и выбросят ключ. На тебя наденут наручники и запрут в камере еще до того, как Джон придет в себя. И ты исчезнешь из его жизни. Навсегда.

Независимо от того, чем это обернется для меня, Джон будет жить. Он будет свободен. У него будет время.

— Здесь для тебя больше ничего нет, — сказала я. — И никогда не будет.

Не говоря ни слова, Диллон повернулся и, пошатываясь, вышел из дома. Входная дверь с грохотом захлопнулась, когда он исчез в темноте.

Ушел. Святое дерьмо, он ушел.

Меня захлестнуло облегчение. Какое-то время я даже не осознавала, что по моему лицу текут слезы. Паника держала боль в узде. Когда Диллон ушел, пулевое ранение в моем боку заныло.

В меня стреляли. Срань господня.

К счастью, мой мозг заработал. Мне нужен был телефон. Но двигаться не представлялось возможным, так как я внезапно почувствовала себя так, будто меня сбил грузовик.

Думай.

Задний карман Джона.

Там он хранил свой мобильный. Я подползла ближе к нему, ощупывая его задницу без какой-либо обычной эйфории, связанной с этим действием.

— Иди… — пробормотал он.

Я приблизила свое лицо к его лицу, пытаясь улыбнуться, но не совсем справляясь.