Шрифт:
Отец Диего. Потерпите.
Тенорио. Вы ведь знаете Селестину…
Отец Диего. Тсс…
Тенорио. Самая знаменитая сводня Испании. В числе ее клиентов даже епископы, только сына моего среди них нет. А сколько ей денег от меня перепало! Он ведь изредка посещает публичный дом. Но знаете, чем он там занимается? Играет в шахматы! Собственными глазами видел. В шахматы!
Отец Диего. Тише, Тенорио!
Тенорио. Женщины его не интересуют!
Отец Диего. Сюда идут.
Тенорио. Ей-богу, он меня на тот свет спровадит. Уверяю вас, отец Диего, я умру от разрыва сердца.
Входит дон Гонсало, командор.
Отец Диего. Он здесь?
Дон Гонсало. Но еще нет двенадцати.
Тенорио. Дон Гонсало, командор Севильи, пожалуйста, не думайте плохо о моем сыне. Ведь Дон Жуан — мой единственный сын. Он будет заботливым зятем, вот только бы он здесь появился. Я просто не верю, чтобы он мог забыть о дне свадьбы. Просто не верю.
Дон Гонсало. У юноши позади долгий путь и трудные дни. Я не думаю плохо о вашем сыне. Он великолепно сражался.
Тенорио. Правда?
Дон Гонсало. Я не льщу вам как отцу. Я просто сообщаю о том, чего никогда не забудет история нашего отечества. Он — герой Кордовы.
Тенорио. Вот уж никогда бы не поверил!
Дон Гонсало. Откровенно говоря, я тоже. Мои шпионы очень плохо о нем отзывались. Утверждали, что он над всеми издевается, в том числе надо мной.
Тенорио. Какой ужас!
Дон Гонсало. Я однажды вызвал его в мой шатер. «Зачем, — спросил я его с глазу на глаз, — мы ведем этот крестовый поход?» Он улыбнулся — и только. Тогда я спросил его: «За что мы ненавидим неверных?»
Тенорио. И что же он вам ответил?
Дон Гонсало. Что не питает к ним ненависти.
Тенорио. Какой ужас!
Дон Гонсало. Напротив, сказал он, у них есть чему поучиться. В другой раз я увидел его под пробковым деревом. Он лежа читал книгу. Арабскую.
Тенорио. Я знаю, это была геометрия, черт бы ее побрал.
Доп Гонсало. Я спросил его, зачем он ее читает. Тенорио. О Господи! Что же он ответил?
Дон Гонсало. Улыбнулся — и только.
Тенорио. Какой ужас!
Дон Гонсало. Не буду отрицать, отец Тенорио, его улыбки выводили меня из себя. И уж вовсе непостижимо, как ему удалось выполнить мой приказ, когда я послал его в Кордову измерить длину вражеской крепости. Я не думал, что он отважится. Мне просто хотелось, чтобы у него пропала охота улыбаться и чтобы он, наконец, воспринял меня всерьез. На следующее утро я глазам своим не поверил: он целым и невредимым вошел в мой шатер с бумагой в руке. В ней черным по белому было сказано: длина крепости — девятьсот сорок два фута.
Тенорио. Как он это сделал?
Дон Гонсало. «Дон Жуан Тенорио, — сказал я и обнял его на глазах у всех офицеров, не способных на подобный подвиг. — Прежде я недостаточно ценил тебя, но с этой минуты объявляю тебя своим Сыном, женихом моей Анны, кавалером испанского Креста и героем Кордовы».
Музыка.
Тенорио. Как же все-таки ему это удалось? Дон Гонсало. Я тоже его спросил.
Тенорио. Что же он ответил?
Дон Гонсало. Улыбнулся — и только.
Донна Эльвира (входя с масками в руке). Маскарад начался. (Делает под музыку несколько па.) Там уже танцуют.
Я женщина — И пруд под луной в эту ночь. Ты мужчина — И луна отразилась в пруду. Покуда темно, Мы слиты в одно Любовью слепых — И я — не невеста, и ты — не жених.Отец Диего. Мы ждем жениха.
Донна Эльвира. Жених здесь!
Тенорио. Мой сын?
Донна Эльвира. Его конь в конюшие. Я видела его издалека, но ваш сын, отец Тенорио, — самый изящный всадник из всех, кто когда-либо соскакивал с коня. Гоп! — и он уже на земле. Как птица спорхнул!
Дон Гонсало. Где донна Анна?
Донна Эльвира. Я — мать невесты, а чувствую себя невестой больше, чем дочь. Только мы одни еще без масок. Надеюсь, он не примет меня за невесту. И тебе, мой супруг, надо надеть маску. Обряд есть обряд. И прошу вас — не будем называть друг друга по имени, иначе что толку от маскарада.
Входит парочка в масках.
Она. Конечно же, это ты. Клянусь жизнью, что это ты. Дай взглянуть на твои руки.
Он. Ты ошибаешься.
Она. Ни у кого нет таких рук, как у тебя.
Он. Нас услышат.
Дон Гонсало и Тенорио надевают маски.
Дон Гонсало. Пойдем.
Дон Гонсало и Тенорио уходят.
Донна Эльвира. На два слова, отец Диего!
Парочка в масках целуется.
Отец Диего. Кто эти бесстыдники? Ее голос мне знаком. Уверен, что эта Миранда!
Донна Эльвира. Вам следовало бы поговорить с ней.
Отец Диего. С Мирандой? Шлюхой? В этом замке?
Донна Эльвира. С донной Анной.
Парочка целуется.
Бедное дитя! Она просто помешалась от счастья. Вся дрожит от страха и прячется, как только узнала, что он вернулся.