Его больше беспокоило, что будет с Харадой.

Но пока выступать против было не время… Еще слишком рано… До этого диалог шел в основном о том, что достал Такахиро; про ключи шифрования к искину, которые могли помочь им вломиться внутрь уже во второй раз. До этого они использовали ключи генерального директора, однако, судя по последним попыткам, Цубаки сумела оградиться от них. Ну, еще бы. Ей буквально дали возможность функционировать без резидента, лишь бы не рванула.

Значит, пора было исправить эту маленькую оплошность и начать атаку снизу. То есть, с источников питания.

Он скосил взгляд в сторону; там Савада медленно затянулся и спешно погасил сигарету о пепельницу. Странный человек. Нитте не нравился. Больно просто мыслил. Хотя, говорят, раньше он был банковским работником; может, знание о том, что деньгами все решаемо, сделало его проще — он-то знал, откуда их достать. Слегка лукавым взглядом обвел присутствующих, игнорируя шум вне комнаты, и затем простецким тоном заметил:

— При всем моем уважении, Окамура-сан, я думаю, нам надо их убить. Обоих.

— Это не выход, — строго возразил Цунефуса, и Савада с раздраженным видом отмахнулся от него, словно от назойливой мухи.

— Ты так говоришь просто потому, что испытываешь симпатию к пацану. Но тот «Ямато», которого ты знал, был всего лишь фикцией. Он исчез, и остался лишь Такигава. Сам знаешь, как хладнокровно он порешал ребяток Такахиро, как убил Тайтэна и еще целую тонну народу. Я знаю, — повернулся он вновь к боссу, — Окамура-сан, ты в хороших отношениях с пацаном, но держать его рядом ничуть не лучше, чем иметь под рукой заряженную боеголовку.

Окамура выслушивал их аргументы молча, в этот раз — не улыбаясь.

— Нет смысла убивать Хараду, — вставил свое слово Нитта, откинувшись назад. Он многозначительно переглянулся с Вашимине, сидевшим рядом. Раз не возражал, значит, можно было продолжать. — Она была ядром «Химико», по словам Такарады, ее данные никто не удалял из реестра, потому что посчитали ее мертвой. Как было с Цубаки, отчего она смогла, ну, залезть обратно. Она будет полезна.

— Хараду стоит убить в первую очередь, — ощерился Цунефуса.

— Нахуя?! — осклабился Нитта.

— Не выражайся.

— Это сейчас так важно?! — он искривил рот в отвращении, и они с Цунефусой грозно уставились друг на друга.

Наблюдая за их препирательствами, Савада издал особо горестный вздох, после чего покосился в сторону еще одного человека, находившегося в комнате все это время. Тот, к кому он немо обращался, сидел на стуле чуть поодаль и наблюдал за творившейся сценой с невероятно восхищенным выражением лица. У этого дурня оно всегда такое было, это лицо. Не было никого страшнее его в гневе, лучше уж пусть улыбается… К диалогу он приступил лишь после этой не озвученной просьбы — и, нарочито медленно подойдя к столу, опустил на нее руку.

— Я думаю, Харада-сан и правда будет потенциально опасна для нас. Но есть одно «но».

Ханзе сверкнул белозубой улыбкой. Когда присутствующие уставились на него, он бросил быстрый взгляд на Нитту, отчего тот невольно вздрогнул, и затем тем же ленивым тоном продолжил:

— Видите ли, Мики-тян прав. У нее в голове сокрыт ключ к «Химико». Однако мы не можем извлечь эти знания и использовать их отдельно от самой Харады-сан. Она же, я напомню, человек с крайне травмированный событиями недавних лет… Но она испытывает ненависть к «Химико», а симпатию — к господину Вашимине, как бывшему работодателю. Если уж сравнивать ее с Такигавой, то она еще более ментально нестабильна, хотя и лучше контролирует себя. Я бы предложил избавиться от нее уже после.

В ответ Нитта разъяренно закатил глаза.

— Ты просто злишься, что она надрала тебе жопу.

— Глупости. Кто вообще будет на такое злится?..

— Ты, — довольно процедил Нитта. — Ты, потому что ты — мстительный говнюк.

В ответ Ханзе уязвленно сузил глаза, явно задетый за живое, и уже явно хотел было ответить как-то ядовито, как только он и умел, однако не успел, потому что выступил не выражавший своей позиции до этого Вашимине. Не дожидаясь окончания бессмысленного спора, он намеренно громко ударил ладонью по столу и выразительно взглянул на Окамуру, все это время молча выслушивавшего предложения коллег. Нитта сразу заткнулся. Он бесконечно много уважал господина Вашимине, а потому предпочитал не вступать с ним в конфликты.

Затем тот нарочито спокойно проговорил:

— Такахиро вытащил все необходимые сведения из головы Такигавы. Держать его нет нужды, для дела он теперь имеет нулевое значение, но Вы можете решить это на свое усмотрение — мало ли, какие слухи пойдут, если Вы убьете шиноби. Наемники злопамятны, а слава беспощадна. По поводу Харады, я не могу не согласиться с высказыванием Ханзе-куна — сейчас она ментально нестабильна, плюс сотворенное Такахиро не прибавило нам плюсов в ее мнении на наш счет. Но это моя личная просьба. Оставьте ее в живых. Я уговорю ее сотрудничать, можете не сомневаться, но прошу обойтись без угроз жизни.