Смысла таскать их между мирами точно нет, да и фонарик у меня есть запасной.

Прощаюсь с воинами и долго смотрю им вслед, как они дружно торопятся уйти подальше отсюда, чтобы хотя бы зайти за болото до темноты и не рисковать встречей с волками. Подгоняют лошадок и сами быстро ногами перебирают.

Теперь, когда так внезапно разбогатели на самое настоящее золото — особенно глупо погибать в волчьей пасти.

Я останавливаюсь около своего тайника, скидываю толчком маны в сторону солидную глыбу и достаю всю свою горнолыжную одежду. Теперь я все точно забрал здесь и готов идти в Храм, сгибаясь под солидным весом.

После подъема перекусываю, проверяю Палантиры, оставшиеся лежать на Столе. Вообще, все свое добро здесь оставил перед спуском, потому что пришлось поднимать большой по весу груз.

Им еще есть что заряжать, однако, я пишу письмо Брату и объясняю, что ему нужно сделать, чтобы оказаться со мной в одном Храме почти в одно время.

Ну, как в одно, через три дня после меня, никак не раньше.

Отправляю ему конверт с грузом все тех же камней, собираясь ждать те же шесть часов, когда капсула снова вернется в рабочий режим. Однако, в Храме это происходит в два раза быстрее, через три часа. Я как раз сварил себе все тот же надоевший кулеш и теперь с сожалением выбрасываю его на улицу.

Так, закинул пару горсточек себе в рот и все, набивать живот явно не стоит перед перелетом.

Вскоре я залезаю в капсулу, оставив здесь только лишний мешок с крупой, он занимает слишком много места.

Выставляю хорошо знакомые параметры переноса, проверяю все по несколько раз. С планетой и Храмом особо не ошибешься, а вот с временем есть такая возможность при любой небрежности.

Уже не с таким ужасом, как в первые разы, жду начала перелета и незаметно пропадаю.

Очнувшись на Столе в знакомом Храме, я машинально взглянул на часы — сегодня четвертое мая, двенадцать часов тридцать минут.

Четвертое мая именно по этим часам на моей руке. Плюс-минус два или три дня в общем, когда они сами создавались на принтере по дороге туда и обратно.

Потом меня немного рвало, однако, пустой желудок не выдавил ничего на полированный камень.

Накопленный опыт в наших межпланетных перелетах — играет огромную роль. Вот и я не стал сжирать полный котелок каши с мясом напоследок, зная, к чему приведет такое обжорство. А ведь очень хотелось налопаться.

Потом я снова уснул на теплой поверхности, светлое пятно дня наверху сменилось темнотой ночи, потом снова пришел белый день, когда я открыл глаза и осмотрелся вокруг.

Да, этот тот самый небольшой Храм недалеко от городка Они. Вон и вещи оставленные лежат, особенно меня матрас радует своим темно-синим цветом. Не придется бока отлеживать на тонком плаще, как привык за последнее время. Привык, однако, от нормальной кровати не отказался бы.

Городка Они, в котором есть солидная Синагога, сейчас закрытая. Закрытая, если я не промахнулся снова на много лет назад по времени. Солидное здание, только я все время проезжаю на скорости мимо него, не могу нормально рассмотреть.

Впрочем, не должен был промазать, я же раз пять проверил, там от последнего положения значка времени только в одну сторону можно что-то выставить. Только в прошлое, вот я и перевел его положение на одну единицу.

Значит, сейчас две тысячи девятнадцатый год, месяц под вопросом, май или все-таки еще апрель. Узнать это можно будет вполне определенно при встрече с местной цивилизацией, чтобы точно определиться со значением единицы времени в капсуле.

Сколько именно дней входит в него к тем двум уже точно установленным земным годам?

Потом я еще поспал несколько часов, понимая, что торопиться мне сейчас некуда.

Когда Брат окажется в капсуле и отправится сюда на Стол, я это точно почувствую. А пока могу ждать его на нем же, никуда не торопясь. Три дня у меня было в запасе, ну, два точно.

Я разложил поудобнее все вещи, только Палантиры пока не стал трогать в рюкзаке, просто оставил лежать. Так, через ткань рюкзака, они тоже заряжаются от Стола, пусть гораздо медленнее.

Что-то мне больше не хочется возить с собой полностью заряженные шары, помня свой печальный опыт. Схватит со служебным рвением при случайном досмотре его какой-нибудь сотрудник органов и станет полным идиотом. Они ведь очень любят все хватать не спросясь у хозяина.

— Пожалуйста, не трогайте шар. Это опасно! — и тебе тут же крутят руки за перевозку взрывчатых веществ.

А пара самых быстрых на решения сотрудников мягко проваливаются в беспамятство.

Поэтому заряжу Источники пока процентов на сорок, больше не буду. Хоть не так сильно по мозгам ударит любознательных.

Тем более, снова начинать такую активную карьеру лекаря я точно не собираюсь. Чтобы работать в определенном месте в определенные дни и собирать толпы народа, жаждущие увидеть настоящее чудо. Теперь, если только по большому знакомству или блату буду помогать людям. Несложный такой вариант, когда в руках настоящая магия, творящая чудеса сразу и надолго.