Железная дверь в отделение закрыта изнутри. Священник звонит в звонок. Через минуту ему открывает дежурная медсестра.

— Мир вам. Я к Марине Владимировне, — говорит священник медсестре, — мы созванивались и договаривались о встрече.

Медсестра молча кивает на короткий коридор, ведущий к единственной двери, закрывает за вошедшим посетителем дверь изнутри и так же молча исчезает за второй дверью.

— Разрешите? — после короткого стука, в дверь кабинета заведующей отделением входит православный батюшка.

— Здравствуйте, — удивлённо поднимает на него глаза заведующая отделением, полноватая женщина лет пятидесяти. — Извиняюсь, не знаю, как полагается приветствовать. Это вы мне звонили? Чем могу помочь?

— Мир вам, я по мирскому вопросу, — батюшка присаживается на стул для посетителей. — Буду благодарен за помощь. Вы позволите описать ситуацию?

— Конечно, — вежливо кивает заведующая и откидывается на спинку кресла.

— Если бы во время исповеди, апеллируя к тайне исповеди, прихожанин открыл бы, что полностью потерял память? И посещать медицинские заведения отказался бы, уповая на божью помощь, чисто теоретически… какой совет лично вы, как специалист, могли бы ему дать, чтобы попытаться вспомнить хоть что-то?..

— Опрос с определением типа потери памяти, — пожимает плечами заведующая отделением.

— Вообще ничего не помнит, — священник вежливо смотрит в глаза психиатру.

—… Начать с ответа на вопрос: а что вообще последнее он помнит?… по всем псих тестам, начиная от навыков письма, заканчивая тестом ай кью…

—… конкретные события — никаких. Но навыки, включая очень сложные, в наличии. — Батюшка доброжелательно и пытливо смотрит на доктора.

— Боюсь, что заочно об этом говорить бессмысленно, — подводит итог заведующая. — Человек который не помнит имени, но помнит, к кому по какому каналу обратиться, и как водить машину — лично мне очень подозрителен.

— Позвольте спросить, чем именно? — батюшка даже немного подаётся вперёд от любопытства.

— Тем, что описываемое вами бывает только в двух случаях. И оба лично мне профессионально не нравятся. Конкретно, при расщеплении личности и при симуляции. — Доктор вопросительно смотрит на батюшку.

— Симуляция в данном случае, боюсь, смысла не имеет, — смеётся батюшка, весело глядя на врача. — А расщепление личности, это вы о шизофрении?

— Об одном из видов, — кивает заведующая, твёрдо глядя на батюшку.

Визит к врачу ничего не объяснил. Скорее, поставил ещё вопросы, но я к этому за сегодня уже начинаю привыкать.

Я открыл пару интересных моментов, которых наедине с собой в доме и в церкви обнаружить не мог.

Первое: я чувствую, о чём человек думает. Не всё, не всегда чётко, но можно сравнить с разглядыванием дороги сквозь лобовое стекло, когда за окном стена дождя и видимость составляет всего лишь несколько метров (кстати, с миль на метрическую систему переключился мгновенно, стоило лишь захотеть). Если сосредоточиться, то разглядеть можно не так уж мало.

И второе я проверю прямо сейчас.

Запарковав машину, захожу в сарайчик на краю участка и прикрываю за собой дверь. В углу сарайчика из стопки беру кирпич и ставлю его вертикально на маленькую полочку на уровне своей груди.

Сейчас посмотрим, что у нас с расщеплением личности. Возможно, моё место и правда в стационаре?.. Если у меня сейчас ничего не получится.

Полное спокойствие. Концентрация. Удар!

Кирпич взрывается осколками, один из которых чиркает меня по щеке. Чем решаю пренебречь с целью доведения до конца эксперимента.

Не позволяя себе испытывать никаких эмоций, ставлю на ту же полочку два кирпича

Концентрация. Удар!

И снова град осколков, но уже в два раза больше.

После трёх кирпичей, превращающихся в обломки вслед за предыдущими, прекращаю эксперимент. В принципе, обычный человек не разобьёт и одного. Без подготовки.

«Разум всегда сильнее». Формулировка всплывает сама собой. Запомним и её, для последующего анализа. Когда хоть что-то прояснится…