Наконец служба завершилась, и люди постепенно подались на выход. Не все. Некоторые остались, чтобы пообщаться с отцом Владимиром, они стояли чуть в стороне, смиренно дожидаясь своей очереди. Впрочем, как и я.

Поговорить нам удалось ближе к одиннадцати часам, и к тому времени я уже дважды поругался с Валеричем. А всё потому, что он и не подумал поверить в моё реальное местонахождение и тут же обвинил в пьянстве. Пришлось выйти из храма, чтобы продолжить общение на могучем русском языке. К слову, после того как он меня вывел из себя, вернуть состояние транса я больше и не смог.

— Пойдём в каморку, чаем тебя угощу, — похлопал меня по плечу отец Владимир и прошмыгнул в неприметную дверь.

Я прошёл следом, и мы оказались в крохотном помещении, где едва умещался столик и три табуретки. Священник опустил клавишу на чайнике, бросил по два пакетика заварки в кружки и уставился на меня.

— Что? — не выдержал я его пристального взгляда.

— Не знаю, это ты ко мне пришёл.

— Что вы со мной сделали?

— Ничего такого, что ты не способен пережить.

— А можно чуть больше подробностей? Со мной какая-то херня происходит!

— Это какая?

— Даже не знаю, как сказать, — усмехнулся я. — Слово «сверхъестественная», наверное, подходит лучше всего. Вот сейчас, например, я видел что-то похожее на ауры людей. Слышал, как резонирует энергия под куполом.

— Хорошо, — улыбнулся священник и плеснул в обе кружки кипятка.

— Да что хорошо-то?! И не понимаю, что со мной происходит!

— А тебе разве плохо? Может быть, болит чего?

Я на некоторое время задумался, прислушался к себе и понял, что меня перестали беспокоить все мои старые раны.

— Н-нет, — запнувшись, выдавил я. — Тем не менее я ведь чувствую, что со мной что-то не так.

— Напротив, с тобой как раз полный порядок. Скажи, тебе сны странные на днях не снились?

— Откуда вы… Так, всё! Стоп! Или вы мне сейчас же всё рассказываете…

— Или? — Отец Владимир с хитрым прищуром посмотрел на меня.

— Бухать снова начну, — буркнул я.

— И кому ты сделаешь хуже?

— Мы долго будем в «угадайку» играть? Вы взрослый человек, а ведёте себя, как этот…

— Ладно, не психуй, — усмехнулся священник. — Я всего лишь пробудил твою родовую память. Всё остальное делаешь ты сам.

— Что значит… Подождите… Так это был не сон?

— Сон, самый натуральный.

— Тогда как вы это объясните? — Я слегка оттянул майку, чтобы продемонстрировать крохотное пятнышко, вот только на груди ничего не нашлось.

— Не понимаю, о чём ты.

— Там был след. Мне снилось, что я на войне и вот сюда угодила пуля. Утром в этом месте появилось пятно, которое жутко чесалось.

— Твоё тело вспоминает, это нормально.

— Что вспоминает? Вторую мировую? Да я там никогда не был, только из учебников истории о ней знаю. Или из кино.

— Кто-то из твоих предков там был.

— Прадед. Но я его даже в глаза не видел. Мне говорили, что он погиб на войне… Твою мать! Вы сейчас это серьёзно? Я пережил смерть своего прадеда? Тогда мой дед… Отец… Получается, я их всех видел?

— Не выражайся, пожалуйста, ты всё-таки в храме.

— Зачем мне всё это? Почему я?

— Я уже отвечал на твой вопрос.

— Что-то не могу припомнить.

— Ты воин, Сергей, в твоих венах течёт кровь таких же воинов.

— Это прекрасно, дальше что?

— Ты должен вспомнить нечто важное.

— Хотелось бы больше конкретики. А то получается, как в той сказке: «Пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что».

— Сказка ложь, да в ней намёк…

— Хватит, отец Владимир, — уже откровенно завёлся я. — Давайте поговорим как взрослые люди. Вам ведь от меня что-то нужно, так?

— Для начала ты должен принять судьбу, перестать от неё бегать. Тогда твой разум сам подскажет ответы. Я лишь скромный служитель церкви, моё дело — направить на нужный путь. А все решения остаются в твоей власти.

— Вот вы вроде что-то сказали сейчас, но я ни хрена не понял. Какой путь? Вы сказали, что я должен вспомнить нечто важное. О чём идёт речь?

— Если бы мне было это известно… — Священник тяжело вздохнул и сделал первый глоток чая. — Ты пей, пока не остыло. Иван-чай очень полезный. Вот, если хочешь, мёдом угощайся.