— Ояда Очи, — сурово протянула Таэ, чуть ли не с вызовом в голосе. — Ты решила использовать Яна?

Пожилая хозяйка горячих источников и когда-то гроза этих мест, по-доброму улыбнулась женщине, что можно сказать, считала своей не просто ученицей, а даже дочерью.

— Успокойся Таэ. Я не собиралась использовать твоего ненаглядного Яна. Если я и использую людей. То никогда не называю их своей семьёй. А Ян мой названный внучок, который вернул тебя ко мне, забрав у вестника загробного мира, ожидающего тебя после встречи с уродами, что обрушили на тебя страдания.

— Он запретил мне возвращаться в прошлое, как и моим подопечным. Он даже хочет отдать мне пилюли культивации, чтобы мы начали новую жизнь. Ояда, я….

— Я знаю это, — прервала на полуслове Таэ старая женщина. — Дурёха. Он не хочет, чтобы ты больше маралась в грязи, испытывая груз ответственности, что всучила тебя дурра Хаму. Заставив продолжать этой старой упёртой дурры дело. И я от всего сердца благодарна Яну за это. Теперь Таэ, тебе ничего не мешает остаться со своими подопечными тут, и начать потихоньку готовится стать моей преемницей.

День уже перетёк в уверенный вечер, когда карета Ояды Очи вывернула на финишную прямую к поместью Рахо Юхан-ю.

— Я тогда был в паломничестве у гор Балай, — не переставая, болтал полный мужик с лысой башкой, на затылке которой была заплетена толстенная коса. — В общем, там, в деревне завёлся злой дух.

— Да когда он уже заткнётся-то! — взвыл Гин, что сидел рядом с толстяком. — Тоже мне шаман. — Тыкал пальцем призрачный лекарь в лицо мужику. — Только подношения предкам и, может, наверное, жрать. Вон смотри, какое пузо отъел. А чётки, какие нацепил, как яйца огненных макак. Да Ян?

Ян закатил глаза, отворачивая лицо в окно кареты, продолжая слушать историю толстого шамана с комментариями Гина.

Не прошло и полчаса, как Ян со своими попутчиками уже стоял у центрального строения клана Юхан-ю, что было просто громадным, а к ним из огромных дверей шла высокая, стройная женщина лет сорока.

— Ояда Очи, рада видеть вас в добром здравии. Рахо сейчас с лекарем из города, что приехал перед вами. Поэтому честь встречать вас выпала мне, — спустилась по ступеням светловолосая обаятельная женщина. — А вы, как я понимаю Урусим шаман из Хейхона. Рада нашему знакомству.

Толстяк расплылся в улыбке и вежливо поклонился, соединив ладони на груди, гремя при этом слегка болтающимися чётками, что бились о его пузо.

— Надеюсь, госпожа Юхан-ю, я буду полезен вам.

— А? — Перевела изучающий и слегка растерянный взгляд светловолосая женщина на Яна.

— Юмей, — Ояда Очи сделала шаг к Яну. — Позволь представить тебе Ян Марс, мой названный внук. Прошу простить меня, если я своевольничала, взяв Яна с собой без предупреждения и разращения. Ведь, к сожалению, визит наш сюда отнюдь не по радостному событию.

Юмей Юхан-ю ещё более растерянно и удивлённо посмотрела на Яна Марса.

— Зд-ра-с-ти. — Протянул Ян, чувствуя себя не в своей тарелке, под изучающим взглядом хозяйки дом.

Юмей поправила спавшие на лицо пряди волос, и улыбнулась.

— Рада знакомству Ян Марс, — женщина вновь перевела взгляд на госпожу Очи. — Не стоит извиняться Ояда. Думаю, Рахо будет рад познакомиться с вашим внуком. Пойдёмте в дом. Я вас провожу. — Наградила женщина всех гостеприимной улыбкой и, развернувшись к зданию лицом, сделала шаг по ступеням к дверям.

— Ох, какие бёдра, — простонал Гин, идя следом за хозяйкой дома неотрывно пялясь на задницу Юмей, что слегка виляла попкой при подъёме по ступеням. — Да и сама она ничего так. Эх! Был бы я жив. Ох. И вправо, и влево.

Ян только тяжело вздохнул, стараясь не слушать и не смотреть в сторону воспылавшего к хозяйке дома учителя.

Поднявшись по ступеням, они вошли в двери дома, и пошли вслед за хозяйкой по длинному холлу к дальней лестнице ведущий на второй этаж.

— Так что за недуг приключился с юным господином Юхан-ю? — Крутил головой шаман, осматривая богатое убранство дома, что пестрило роскошью.

— Это и надо понять, — повернулась вполоборота на толстяка светловолосая женщина, вставая одной ногой на первую ступень широкой лестницы, что была выстелена ковром. — Пока все только предполагают. Одни предположения и догадки, достопочтенный Урусим. Ничего больше.

— Хмммм, — поджал губы толстый шаман, почесав лысую башку. — Неужели лекари не смогли определить недуг, поразивший вашего сына. — Урусим сделал шаг на лестницу.

— Яру не мой сын, хоть я и считаю Яро своим сыном, — произнесла Юмей, не оборачиваясь на идущих позади неё людей.