— Нет, но думаю, что твой нейрочип не имеет достаточных мощностей для улавливания всех пси-передач.

— Ладно… Разберемся со временем…

***

Я бы не сказал, что открытие Ивы о переустановке личности меня сильно шокировало. Привык уже к новостям подобного толка. И раньше знал, что прошлого у меня нет — теперь выяснилось, что нет и личности. Всего-то.

Переживать не о чем. Прошлое в прошлом, а мы все в настоящем. Вот о нем и надо думать и на нем концентрироваться.

Правда, прошлое временами о себе напоминает. Взять хотя бы мою тетю. Я был знаком с ней каких-то два дня, а поехал на край света, чтобы спасти. Значило ли это, что моя личность — неважно, иллюзия это или агрегат шаблонов реагирования — благородная и благодарная? И следует ли из этого вывод, что те, кто сконструировал эту мою личность, заложили эти шаблоны? Чтобы я был ответственным и действовал предсказуемо, потому что честный и хороший человек всегда предсказуем? Или же эта ответственность была во мне изначально, от папы с мамой, так сказать, кем бы они ни были?

Бессмысленные вопросы все лезли и лезли ко мне, и я рассудил, что сегодня мне не заснуть. Потому тихонько вылез из машины и прогулялся на свежем воздухе. Сделал гимнастику и вернулся в лагерь, когда звезды выцвели, а небо окрасилось зарей.

Рина уже поднялась — умывалась с помощью деревянного ковшика, прихваченного с каторги. Витька еще дрых, как и полагается молодому организму.

— Чего не спишь? — вместо приветствия осведомилась Рина хрипло и негромко.

— Мыслей много, — туманно ответил я, присев на поваленный трухлявый ствол кедра.

— Иногда подумать как следует не вредно, — одобрила Рина. Она принялась укладывать хворост в яму бездымного костра, который Витька вырыл вчера старой саперной лопаткой. Эта женщина не умела сидеть сложа руки. — Что надумал?

— В Князьград не поеду. Заеду ненадолго в 37-й Посад, отшлепаю по жирной жопе Админа, и — прямиком в Республику Росс, спасать Киру. Более подробного плана нет, уж не обессудь. Ориентироваться буду на месте.

Она пожала плечами, чиркнула спичкой, и в яме заплясал огонек. Рина налила ковшиком воды с закопченный котелок и установила его над огнем.

— Ты можешь поехать с нами, — сказал я, не дождавшись реакции Рины. — Если хочешь.

— Спасибо, — отозвалась она. В ее голосе я уловил насмешку. Или мне почудилось?

— Где твой дом, Рина?

— Нет у меня дома. И нет прошлого.

— Надо же… — протянул я. — Совсем как у меня.

Она наконец перестала копошиться у костра и присела рядом со мной. В утренних сумерках ее тюремная роба пламенела оранжевым цветом, а лицо оставалось темным пятном. Косынку она еще не надела, короткие волосы не доставали до плеч.

— Как так? — спросила она. — Прошлого не помнишь? Или не хочешь помнить?

— Не помню. И, кажется, уже и не хочу особо.

— Ну и правильно, — после короткой заминки сказала она. — На что оно нам, когда есть будущее? Когда есть цели?! Вот у тебя есть цель — Киру спасти. Небось хорошая девушка?

— Хорошая.

— Любишь ее?

— Да.

— Эх, завидую я ей белой завистью! До чего ж благостно, когда тебя кто-то любит и спасти хочет! Меня тоже когда-то так же любили…

— До каторги? — осторожно спросил я.

— До нее, окаянной.

— А что с ним стало?

— Да кто ж его знает? — Она пожала плечами, глядя на костер, почти невидимый в узкой горловине ямы. — Забыл меня, видимо.

— Вот сволочь!

Рина тихо рассмеялась.

— Не спеши других судить! Может, у него причина была.

— Причина забыть тебя?

Но у Рины, похоже, пропало настроение откровенничать.

— Где твоя кружка? Чаю налью. И кашу вчерашнюю поставлю греться…

Она снова засуетилась, а я молча сидел, думая, что она так и не сказала, хочет ехать с нами или нет. И что вообще намерена делать.

В Вечную Сиберию ей нельзя однозначно. Тут же заметут Модераторы и снова вернут на каторгу. А то и замочат на месте — за побег. Собственно, выбора у нее особо-то и нет. Придется ей ехать с нами в Республику Росс. А как нас там встретят, не знает ни богиня Аннит, ни ее злая сестра Тинна. Если у меня еще есть какие-то шансы проникнуть за Великую Росскую Стену, то у Рины их практически нет. Как и у Витьки — хотя Витька вернулся с того света и может представлять интерес для ученых Росс…

Из палатки вылез взлохмаченный Витька.

— Доброе утро всем! Чего так рано вскочили? Бу-бу-бу да бу-бу-бу!.. Спать не дают!

— Ну уж извините, ваше величество! — насмешливо сказал я.

— Я тут подслушал, о чем вы шептались, — сообщил он. — Уши-то не заткнешь — так что без наездов, пожалуйста! Короче, ты, Олесь, говоришь, что по пути к Росс мы заедем в 37-й Посад — наказывать Админа. А я тут подумал: вдруг его перевели? Или он уехал куда-нибудь?

— Куда он мог уехать?

— Да хоть в гости в какой-нибудь 65-й Посад! Или в Князьград — на всесиберийский форум Админов и прочих подонков. Тогда назад, что ли поедем? Будем тратить время на его поиски?