Из шрама над бровью течёт струйка крови, Терранс утирает ее тыльной стороной ладони. На нем серый комбинезон, он плотно обтягивает его плечи, плоскую грудь, бедра и тонкие ноги. И хотя авар все еще высок, но он больше не выглядит внушительно. Он чуть прихрамывает на правую ногу и анализ конфигурации не помог Мелиссе узнать причину.

— Кто ты? — снова спрашивает авар.

—Ты знаешь, кто я. Меня зовут Мелисса Кавано. Ты заложил конфигурации моей сущности в оболочку своей дочери. Приложил так много усилий, обманул мать, убил жену, вырастил дочь и все ради меня. Истинно-библейская история, принести в жертву богу своего ребёнка!

— Почему я должен верить, что ты та самая? Ты обманываешь мои глаза и пытаешься залезть в мой разум! Вдруг это очередная манипуляция моей матери?

— Теперь у тебя есть только я, — говорит Мелисса. — А твоей дочери больше нет. В крови Каттери был вирус памяти, созданный латирийцами. Из-за этого вируса ее оболочка никогда не вырастет. Ей теперь всегда будет двенадцать. И даже моя память, будь она хоть трижды изначальной, не поможет это изменить! Мне не сломать последовательность сохранения кода. Единственный способ освободить её память — выйти за Предел.

Мелисса делает паузу, наслаждаясь недоумением, а после гневом на лице Терранса.

— Что ты сделала с моей дочерью?

— Её больше нет. Она теперь часть меня. Разве ты не этого хотел?

Мелисса поднимается на ноги и тянется, будто бы у нее затекла спина и шея, вытягивает руки вверх, сложив в замок, потом медленно опускает и разводит их в разные стороны, будто раскрывая объятия. Ей хочется ощутить мышцы и боль, но вместо этого лишь лёгкий укол сожаления, фантом памяти, далёкий инсайт.

Терранс качает головой и на лице его прорезается улыбка, он выглядит как тот болванчик, странная статуэтка, что стояла на столе Элисон Вонг, жуткий карлик с большой головой и безумием во взгляде.

Терранс громко смеется.

— Ты лжёшь! — кричит авар. — Лжёшь!

Мелисса пожимает плечами и исчезает.

Обратный отсчёт на её запястье показывает 10.15.45

Время идёт.

Терранс лен Валлин всё также сидит в стеклянной клетке. Мелисса смотрит на него и ждёт. Авар злится и проверяет на прочность стены своей тюрьмы. Он сломал запястье, раздробил костяшки пальцев, вместо правой руки Мелисса видит месиво, рука плетью висит вдоль тела и теперь он бьет в стекло камеры левой рукой. Каис безразличен к боли авара и его упрямству, на стекле не появилось ни одной царапины.

У базового комплекта конфигураций, оболочки под название “человек” есть предел, за который сознание не способно выйти. Предохранитель. Если ты считаешь себя человеком, то упав с большой высоты, ты умрёшь. Система создана идеально, но есть исключение. Осознав себя, как поток информации, некоторые индивиды способны обойти предохранитель, выйти за границы материальной оболочки. От боли авар давно должен был потерять сознание, но он не обращает на нее никакого внимания, отделив сознание от плоти, он не чувствует боли.

Мелисса смотрит на время, вновь переносит проекцию своей аватары внутрь камеры и драматично вздыхает с искренним сочувствием.

— И в чем смысл твоего самоистязания? — на лице двенадцатилетней девочки отражается неподдельное непонимание и Каттери лен Валлин разводит руками. — Умереть ты не можешь. А даже если, то я снова верну тебя.

— Чего ты от меня хочешь? — спрашивает Терранс, он опирается ещё целой рукой на защитное стекло, красное от крови, головы он не поворачивает и смотрит себе под ноги. — Ты ведь не просто так оставила меня здесь? Чего тебе надо?

— О, великие идолы прошлого! Я хочу чтобы ты понял, все, что ты видишь вокруг — идеальная имитация лабиринта для лабораторной крысы! Ты можешь прожить свои мгновения и даже получить от них удовольствие, но это побочный продукт. Основа же, сама ось, это лабиринт памяти, пустыня Арради, то, что выходит за рамки материального мира, только там ты на самом деле можно найти выход. Там, где времени нет и смерти нет. Здесь же ты должен научиться смотреть на все снаружи, словно и время, и пространство, и материя, все отдельно от тебя. Так же, как ты сейчас вышел за границы своей боли. Этого я хочу от тебя. Забудь о терминологии — мать, дочь, отец, всего этого не существует. Выброси устаревшую модель на помойку. Здесь никому не нужны твои чувства, чувства — это имитация. Ты играешь роль, которую тебе написали. И запись постоянно повторяется. Свобода воли в этой игре не предусмотрена, модель поведения определяется оболочкой, форма здесь определяет суть. Ты — это в первую очередь твой статус сохранения информации. И есть несколько правил, по которым можно играть на грани. Часть тебе уже доступна, ты способен выйти за границы восприятия оболочки, в тебя изначально заложена память о том, что это возможно. Своего рода расширение для твоей версии, иначе ты бы умер. Это закон конфигураций. Никогда не забывай, плоть хоть и ограничение, но именно плоть имеет точку контакта с Творцом. Вне оболочки ты не сможешь ничем управлять. Тело своего рода интерфейс. Ты ведь хочешь управлять, не так ли? Хочешь власти? Я покажу тебе настоящую власть, власть Творца, но есть еще одно правило — правило времени, которого нет. Творец видит, как тасуются вероятности будущего и способен их менять. Если научишься прокладывать Тропы, то сможешь видеть вероятности будущего. Пройти по ним и оценить все перекрёстки. Самое сложное потом вернуться обратно, ведь каждая вероятность это полноценное настоящее, то, что происходит прямо сейчас. Хочешь увидеть вероятность, где ты — Император Дерентии? Я могу показать тебе путь к тому, чего ты так желаешь.

Терранс отталкивается от стекла и выпрямляется. Его отражение прикрывает веки. Мелисса ждет. Она видит его жажду, знает, как он хочет верить, ведь единственное, что поддерживает в нем жизнь, это идея о том, что он избранный. Он уже так много сделал, принял так много решений, принёс так много жертв, все это не может быть зря. Он должен найти источник знаний и тем самым спасти человечество.

— И что я должен сделать ради этого?