— На оружии.

— О, тогда всё понятно, — он махнул рукой, — как мне говорили, начальник уже давно подыскивал опытного оружейника. Я-то увы, только по робототехнике.

— Начальник? Кто он?

Судя по всему, я попал на какое-то рабское предприятие. Вот только кому пришло в голову выкрасть меня из особняка де Пейнов, и самое главное — зачем? Кому вообще мог понадобиться ребёнок-техномаг? Судя по Герману, он могут красть и уже взрослых и обученных людей. Разве что, информация о моей способности куда-то всё-таки просочилась…

— А, так ты не в курсе? Мы работаем на Льюиса де Пейна, он всем тут заправляет. Как скажет, так и будет. Кстати, а тебя как вообще угораздило сюда попасть? Семья продала, видать? — как ни в чём не бывало поинтересовался Герман.

— Льюис? Но ведь меня выкрали из его особняка. Как же так…

— Ты бы ещё в логово медведя забрался, малец! — громко рассмеялся собеседник, — у нас, в узких кругах, о Льюисе говорят следующее: солнце видит завидного аристократа, а луна настоящего бандита.

Я с трудом поднялся и принял сидячее положение.

Вряд ли ему есть какой-то смысл врать мне, да и тем-более, никто без ведома Льюиса не смог бы меня выкрасть из гигантского, хорошо охраняемого особняка.

— Вот ублюдок…

— Говорил же, быстро оклемаешься, — попытался подбодрить меня Герман.

В другом конце комнаты, где располагалась кровать моего «сокамерника» находился небольшой стол с книгами и, что самое главное, кристаллами.

— В общем, мало кто о нашем начальнике правду знает, но раз ты уже свой, то чего скрывать.

— Я не «свой» и никогда им не буду, — я поспешил отмахнуться от очередной работёнки на дядю, — ты здесь три года провёл, вот скажи, неужели никогда не думал о побеге?

— Думал, ещё как думал, — было видно, что эта тема мужику совсем неприятна, — но знаешь, вне этого здания свободы у меня будет ещё меньше. Я в розыске, что ещё здесь добавить. Даже если сбегу, меня в первом же порту задержат и вызовут патруль. Ирония в том, что я банально не могу покинуть этот осколок, так к чему рисковать? А если случится чудо, и я всё же выберусь отсюда, мне некуда идти. Мою личность легко распознают.

— Понятно, что ж, это твой выбор.

Такая позиция моего собрата по несчастью создавала определенные проблемы. Мало того, что на его помощь в подготовке побега рассчитывать не приходилось, так еще и с него станется заложить меня, если я начну открыто готовится или вообще помешать мне.

Раз уж он смирился со своим положением, то вполне может пойти на такую подлость, чтобы как-то улучшить условия нахождения в плену.

Так что подготовиться и осуществить побег мне нужно в обстановке строгой секретности.

Следующий день начался с того, что пришёл один из помощников Льюиса, вернее даже помощница, высокая и худая старуха с обтянутым сухой кожей лицом. В её рыбьих глазах можно было прочитать только презрение и очень хорошо скрываемое желание причинять людям боль. Есть такая порода скрытых садистов.

Вместе с ней в мою камеру зашёл и сопровождающий, здоровенный амбал без малейших признаков интеллекта.

— Вставай, пора приступать к работе. Но для начала нужно составить на тебя подробную технологическую карту. Что ты можешь, а что нет.

Под этими словами подразумевался банальный, но достаточно продвинутый детектор лжи.

Перед началом теста, чтобы его отрегулировать, старуха провела довольно стандартный тест, задавая вопросы на которые нужно было отвечать правду или лгать. Ничего неожиданного за исключением того, что прибор сразу был настроен на то, чтобы при попытке солгать, даже в рамках настроечных тестов, он причинял мне боль, очень серьезную боль.

Значит, я не ошибся, старуха и впрямь не вполне адекватная.

Но надо отдать ей должное, старая грымза была достаточно любезна, чтобы объяснить мне принцип работы прибора.

— Как видишь, мальчик, это не стандартная модель, которая реагирует на обычные реакции человеческого организма на ложь. Простые детекторы можно обмануть, есть вполне работающие методики. А мой аппарат — нельзя.

Всё это она говорила, когда её подручный приводил меня в чувство. После вопроса: «умею ли я летать?» и моего ответа: «да», чёртов прибор так сильно ментально меня ударил, что я едва не потерял сознание. Но проверить его мощность в любом случае было необходимо.