Я вздохнул с облегчением. Наконец-то никто не будет жужжать над ухом.

Макс должен был выйти на арену за сегодня ещё два или три раза, так что я планировал проторчать здесь до вечера. Всё равно до начала занятий, делать в академии мне было особо нечего.

А так хоть что-то. Может даже пару советов другу дам. В принципе, я уже отметил, что некоторые его приёмы он мог бы сделать гораздо эффективней, немного поменяв свои движения.

Так и проходили дни, до тех пор, пока не был объявлен полуфинал. Десять финалистов, в число которых вошёл и мой друг, представили перед огромным залом, в котором находились уже принятые абитуриенты. Как первогодки, так и старше.

Из десяти человек на стипендию смогут претендовать только три, и её размер будет зависеть от места, которое они в итоге займут.

Условия полуфинала были просты. Участники должны разбиться на пары, каждая из которых сразится со всеми остальными. Далее три первые команды по количеству набранных очков выйдут в финал, где снова станут сражаться за место в финальной тройке, но уже каждый сам за себя.

И прямо сейчас они прошли жеребьёвку, на которой Максу достался в напарники самый сильный, на мой взгляд, участник. Но не успел я за него порадоваться, как он громко и насмешливо заявил.

— Я, Дамиэн Дюрфон отказываюсь сражаться вместе с этим отребьем. По правилам турнира, я могу быть в команде один, — он усмехнулся и оглядев взглядом остальных участников добавил, — даже если вы все объединитесь в одну команду, всё равно я займу первое место.

Александр, сидящий рядом со мной в зале, ткнул меня локтём в бок и шепнул:

— Дамиэн — гений, он один из самых сильных воинов в своём возрасте. Дюрфоны легко могут позволить себе оплачивать ему самые элитные апартаменты в этой академии, но он решил пройти отбор просто из принципа.

Что ж, теперь понятно, почему у него было самое лучшее снаряжение на турнире.

Однако, меня больше волновало другое. С любым из пятерых оставшихся воинов, Макс имел все шансы войти, как минимум, в тройку. Но в одиночестве? Его шансы стремительно таяли.

Поэтому я поднялся и громко спросил:

— Если участник турнира остался без команды, может ли уже поступивший встать с ним в пару?

Я поймал на себе благодарный взгляд Макса, судя по всему, он тоже понимал, что в одиночестве у него шансов не много.

Но, главное, что мне ответят.

— Да, это возможно, — после секундной заминки ответил организатор.

В зале на секунду воцарилась полная тишина, но затем словно прорвало плотину из смешков и перешёптываний.

В основном я слышал что-то про малыша, которому стоило бы вернуться в детский садик. А ещё то, что становиться в пару с таким сосунком — это настоящий позор, и лучше уж сражаться одному.

Не мог оставить подобное без внимания и Дамиэн Дюрфон. Он откинул назад свои длинные светлые волосы, криво усмехнулся и громко сказал:

— Даже не знаю, справлюсь ли я теперь, давить мышей меня не учили.

Слушая это, я лишь закатил глаза. Глупые подростки, которые ещё не знают, как опасно судить противника по внешности.

Меня их слова никак не задевали, я лишь боялся, что Макс под таким давлением откажется от моей помощи. Хотя я и мог обеспечить ему платное поступление, но не хотелось, чтобы он потерял свой шанс на стипендию из-за какой-то глупости. Да и тратить большие деньги без особой на то нужды — тоже не хотелось, что уж там.

К тому же, он и сам будет потом жалеть, если сейчас сделает неправильный выбор. Победить в одиночку, он вряд ли сможет. Так что потом он будет очень долго чувствовать себя должником и думать, как вернуть мне деньги за учёбу.

С тех пор, как Грегор вытащил его из воровской жизни, Макс стал очень правильным в том что касалось финансов и долгов, всеми силами стараясь доказать себе и остальным, что может честно заработать достаточно денег на свои нужды.

Так что я уставился на него максимально суровым взглядом, чтобы он даже не думал соскочить.

И, хотя, возможно, на лице десятилетнего пацана это не смотрелось так уж страшно, но Макс меня понял.

— Тишина в зале! — наконец, громко потребовал организатор, после чего смешки и обсуждения в зале, наконец, затихли, — Максим Карелин, — обратился он теперь напрямую к моему другу, — вы принимаете помощь Владислава О’Нила?

— Принимаю, — кивнул он.

Далее снова началась скучная часть с разного рода формальностями, к счастью, не долгая. Но уже после мне пришлось заполнить некоторые документы, чтобы окончательно уладить все вопросы.