Очевидно, в этом месяце Лили успела пополнить свои запасы, так как Закари подали графин доброго бренди. Горничная также принесла номер «Таймс», тщательно высушенный утюгом <Газеты поступали в продажу почти сырыми, сразу из-под печатного станка.>, и тарелку с бисквитами. Наслаждаясь ощущением полного довольства, Закари попросил чаю и углубился в газету. Он приканчивал последний бисквит, когда Бертон вошел в гостиную.

– Она вернулась? – встрепенулся молодой человек. Бертон устремил на него строгий взгляд.

– Мисс Лоусон примет вас наверху. Позвольте проводить вас, лорд Стэмфорд.

Закари последовал за ним вверх по полукруглой лестнице с изящными полированными перилами в гостиную. В небольшом камине ярко горел огонь. Стены были задрапированы зеленым, бронзовым и голубым шелком.

Спустя несколько минут дверь в спальню открылась и на пороге появилась Лили.

– Закари! – воскликнула она и, подбежав к нему, взяла его за руки.

Молодой человек небрежно чмокнул ее в щеку и улыбнулся. Но едва он сообразил, что Лили одета в халат, из-под которого выглядывают босые ступни, его улыбка тут же исчезла. Халат из тяжелой и плотной ткани, подбитый лебяжьим пухом, был вполне пристойным, однако он относился к категории одежды, называемой запретной.

Вздрогнув, Закари попятился, но все же обратил внимание на то, что волосы у Лили влажные… и как-то странно попахивают.

Несмотря на это, Лили выглядела потрясающе. Ее глаза цвета сердцевины подсолнуха были опушены густыми ресницами. Кожа слабо мерцала, линии шеи были чисты и изящны. Когда она улыбалась – вот как сейчас, – ее губы соблазнительно изгибались и она становилась похожей на нежного ангела. Однако ее невинная внешность была обманчива. Закари не раз видел, как она кокетливо обменивалась пикантными колкостями с утонченными денди, а потом ругалась площадной бранью и на чем свет костерила воришку, попытавшегося обокрасть ее.

– Лили? – нерешительно проговорил Закари и, не удержавшись, поморщился.

Лили рассмешило брезгливое выражение его лица, и она помахала рукой перед его носом.

– Я бы сначала приняла ванну, но ты сказал, что у тебя срочное дело. Прошу прощения, что подушилась рыбьей водой <Игра слов: название духов «Poison» и французское слово «poisson», означающее «рыба», созвучны.>, – сегодня Темза изобиловала рыбой. – Заметив его непонимающий взгляд, она добавила:

– Ветер унес мою шляпку.

– Когда шляпка была у тебя на голове? – озадаченно спросил Закари.

Лили усмехнулась:

– Не совсем. Но не будем об этом. Я бы предпочла узнать, что привело тебя в город.

Закари указал рукой на ее наряд, вернее, на его отсутствие, и неловко сказал:

– Может, сначала оденешься?

Лили с насмешливой теплотой улыбнулась ему. Кое-что в Закари никогда не изменится: гладко причесанный, с мягкими карими глазами и нежным лицом, он всегда будет напоминать маленького мальчика, одетого в воскресный костюмчик.

– О, не красней и продолжай! Все, что нужно, отлично скрыто от посторонних взоров. А я не ожидала от тебя такой скромности, Закари. Ведь ты как-никак однажды сделал мне предложение.

– Да, но… – Закари нахмурился. Он действительно сделал предложение, но его быстро отклонили, и он уже почти забыл об этом. – До того дня Гарри был моим лучшим другом. Когда он так подло обманул тебя, я посчитал, что, как джентльмен, должен был исправить его бесчестный поступок. – Его слова вызвали у Лили веселый смех. – И ты отклонила мое предложение, – напомнил он.

– Дорогой мой, я бы сделала тебя несчастным, как сделала несчастным Гарри. Именно поэтому он и бросил меня.

– Это не давало ему права вести себя бесчестно, – твердо заявил Закари.

– Но я рада этому. Если бы он остался, я бы не объездила весь мир с моей чудаковатой тетей Салли, и она бы не оставила мне свое состояние, и я была бы… – Лили замолчала и поежилась, – замужем. – Она села у камина и указала Закари на соседнее кресло. – Однако в то время я только и думала что о своем разбитом сердце. Твое предложение – это едва ли не лучшее из событий тех лет. Один из немногих случаев, когда мужчина решил пожертвовать собой ради меня. Даже, скорее, единственный. Ты готов был расстаться с надеждой на счастье и жениться на мне только для того, чтобы спасти мою уязвленную гордость.

– И поэтому ты все эти годы поддерживаешь со мной дружеские отношения? – удивленно спросил Закари. – Тебя окружают элегантные, интересные люди, и я всегда недоумевал, почему ты носишься со мной.

– О да! – сухо проговорила Лили. – Моты, прожигатели жизни и мошенники. Потрясающий круг друзей! Кстати, я не исключаю из него ни королевских особ, ни политиков. – Она улыбнулась Закари. – Ты единственный порядочный человек из всех, кого я знаю.

– Порядочность завела меня слишком далеко, не так ли? – хмуро заметил Закари.