Через пару секунд из лифта незаметно выскользнули восемь человек, которые быстро стали рубить бошки зомбаков, торопясь, чтобы те не пришли в себя и не дали им отпор, иначе пришлось бы туго в узком холле.

Наконец, уставшие, тяжело дышащие, они ввалились в пентхаус. Стоя в дверях, Майк пропускал людей внутрь, пересчитывая. Последней зашла стройная темноволосая девушка, которая активно им помогала в вылазке у лифтов.

– Стой! Ты кто? – спросил Майк, удержав за руку ее.

– Рита, – та просто ответила, смотря на него чистыми синими глазами.

– Ты не была с нами в автобусе, – констатировал Майк. – Откуда ты взялась? – продолжил он ее спрашивать, рассматривая.

– Я несколько дней была одна, мне страшно. Тут увидела вас, целую группу, – сбивчиво стала рассказывать она, не сводя взгляда с Майка. – И обрадовалась, решив присоединиться.

– Я был бы рад, но тебе лучше уйти! – твердо ответил тот, рукой показав на дверь.

Девушка вздрогнула. В глазах появились испуг и слезы.

– Но… там же эти… – подбирала она слова с трудом, – твари.

– Это не моя проблема, – продолжил жестко говорить Майк, подталкивая ее к выходу. – Уходи!

– Я погибну. Можно остаться с вами? – с мольбой в голосе попросила девушка, слезы тонкими дорожками бежали по щекам.

– Нет! – отрезал Майк, не дрогнув от ее плачущего вида.

Тут Джан, не выдержав, вмешался в их разговор.

– Майк, ты что? Пусть с нами остается.

– Нет!

– Она же умрет там одна! Тем более она нам помогла.

– Я ее не знаю! Вдруг ночью, когда мы все заснем, она нас порешит или помощников своих вызовет на подмогу?

– Нет, нет, нет, – девушка быстро замотала головой. – Я одна. Я ничего вам плохого не сделаю. Помогать буду во всем.

– Майк, так нельзя поступать с людьми. Мы будем дежурить по очереди.

Майк оглянулся на людей: все сидели тихо и осуждающе на него смотрели, словно он являлся зверем.

Парень махнул рукой, сдавшись.

– Делай что знаешь, но я предупреждал, – он закрыл дверь. – Я с тебя глаз не спущу! – с нажимом в голосе обратился теперь он к девушке.

Она лишь благодарно кивнула в ответ, бросившись разбирать сумки, чтобы приготовить еду для всех.

– Ну ты даешь! – сказал Джан.

– Мы должны остаться в живых, дойти и выиграть. Надрать задницы говнюкам, – напомнил он другу основную цель.

После сытного обеда, девушка не подвела и действительно много сделала, чтобы помочь обустроиться на новом месте. Многие заснули, кто-то молча сидел, пытаясь осмыслить происходящее, некоторые плакали, молча уткнувшись в колени.

Майк, надежно забаррикадировав двери и окна квартиры, стал разбирать свои запасы патронов, как его подозвал к себе Джан, стоявший у окна.

– Иди сюда, быстро! Смотри!

– Что там еще? – устало ответил парень, нехотя подойдя к окну и посмотрев туда, куда указывал друг.

Его усталость как рукой сняло от увиденного. На улице стоял высокий человек, делающий странные пассы. Вокруг него собиралась толпа зомбарей и оборотней, словно собачки, жадно глядящие на него и послушно ждущие команды.

Улица просто кишела различными тварями, нетерпеливо переминающимися.

Вдруг некромант, а это был он, сделал незаметное движение кистью, и часть тварей послушно бросилась выполнять его команду.

Некромант криво улыбнулся и поднял голову, посмотрев на друзей, отшатнувшихся от окна, чтобы оставаться незамеченными.

– Думаешь, заметил? – выдохнул Джан.

– Ты видел его лицо?

– Жуткое, как маска мертвеца с флюоресцирующим узором костей. Я их однажды только встречал в одной игре. Мерзкие создания, – прокомментировал Джан.

– Не знаю, как мы будем выбираться отсюда, – задумался Майк. – Улица вся забита тварями.

Ребята замолчали. В окно неожиданно ударился зомби-голубь, разбился и стек вниз по стеклу кашей сгустков крови, перьев и костей.

Друзья вздрогнули и переглянулись.

Майк задумчиво сидел в углу роскошного кожаного дивана, вертя в руках карту города, но его мысли крутились вокруг загадочной девушки, Риты. Чем-то она его задевала, притягивала что ли. Вроде с виду была похожа на обычную девушку, двадцати лет примерно, правда весьма симпатичную, отметил про себя парень. И поведение ничем не отличалось от таких же девушек ее возраста, но что-то настораживало, не давало покоя ему.