— Эээ… милорд, что вы сказали? — растерянно переспросил шкипер.

— Разверни «Анну» и уложи корабль на уходящий от борейцев курс. Держи дистанцию, не позволяющую добить до нас из луков и арбалетов. А сами мы будем расстреливать преследователей из баллист.

— Понял, милорд, — капитан развернулся от меня к экипажу, набрал в легкие воздуха и заорал. — Поворот оверштаг! Шевелитесь, жирные смуктуньи жопы!

Один из матросов подскочил к кормщику и начал помогать ему поворачивать штурвал. Надсадный сип этих ребят было слышно даже нам на носу когга. А что? Здесь никаких усилителей рулевого управления нет. Ни гидро-, ни пневмо-, ни электроусилителей. Ни-че-го. Только грубая физическая сила, только хардкор!

Зосим побежал на полуют к тяжело пыхтящим рулевым, а «Анна» тяжело завалилась на борт, медленно развернулась и стала на обратный курс. Паруса громко захлопали, ловя ветер, и быстро наполнились, туго натянув полотнища и споро потащив корабль прочь от преследователей.

Оставаться на носу судна мне уже смысла нет. Закинув тарч за спину, я потихоньку пошел на корму корабля, где уже суетился наш шкипер. Пришлось прикладывать усилия, чтобы сдерживать гримасы боли и позорно не стонать.

Исправно работающие биофаги давали мощнейшую регенерацию, но боль не купировали. По дороге ко мне присоединились успевшие вооружиться Мабон и Буеслав. Такой дружной компанией мы и поднялись на полуют.

На кормовой надстройке уже осталось совсем мало свободного места. По боевому расчету здесь должны находиться и уже собрались: командир корабля, старший помощник, кормщик, расчет баллисты и две группы бойцов.

Это арбалетчики и воины, которые должны в случае обстрела прикрыть шкипера и кормщика щитами. Сейчас к ним прибавился и я, с пажом и оруженосцем. В общем, тесновато.

— Что тут у нас? — окликнул я шкипера.

— Простите, милорд, мы от них не уйдем, — покаянно опустил голову командир корабля. — Скорость у нашей «Анны» меньше, чем у борейцев.

Это неприятно. Рука привычно потянулась к шраму на лице. Никак не могу избавиться от дурацкой привычки поглаживать пальцами место старой раны. В принципе, наша более низкая, чем у борейцев, скорость ничего не меняет.

Как более тихоходные, мы теряем в маневре и наш тактический арсенал становится более скудным, чем у борейцев, но план на бой не меняется. К сожалению, при возникновении необходимости мы уже не сможем уйти от преследователей.

Время на обстрел вражеских кораблей теперь становится ограниченным только запасом снарядов. Кроме этого, напрочь отсутствует возможность разорвать дистанцию между нами и борейцами.

— Капитан Зосим, снизить скорость «Анны» до момента начала стрельбы из кормовой баллисты, — отдал я команду шкиперу. — Потом снова полный ход.

И пока он отдавал команды убрать лишние паруса, я сквозь расступившихся бойцов прошел к кормовому релингу* и присмотрелся к преследователям. Когги борейцев шли в кильватерном строю и медленно сближались с нами.

* — Релинг — жёсткое, деревянное или металлическое ограждение на борту кораблей.

Уже не только наблюдателю с мачты, но и нам с полуюта видно, что на кораблях борейцев полно вооруженных до зубов воинов. В принципе, нас сейчас ждет один тип действий, но в одном из двух вариантов.

Такая себе дилемма. Либо мы, как и сейчас, идем правым галсом, никуда не сворачивая, при этом ведя стрельбу только из кормовой баллисты. Либо периодически, после каждого перезаряжания метателей, доворачиваем к ветру и стреляем еще и из носовой баллисты.

В последнем случае, чтобы появилась возможность использовать носовую баллисту, придется правый борт градусов под сорок пять к врагу выставлять. В плюс получаем второй работающий метатель.

В минус — усложнение прицеливания и сильная потеря скорости. Попробуй такой здоровенный корабль поповорачивай. Немного подумав, решил остановиться на первом варианте.

Выждав, когда расстояние между «Анной» и головным коггом борейцев сократится примерно до трехсот метров, а это дистанция, с которой корабельный метатель может вести прицельную стрельбу, я окликнул начальника расчета кормовой баллисты:

— Марко, заряжай каменный снаряд… Пристрелочным по головному… Бей!

«Тщщ! Дац!!!» — громыхнул метатель. «Хрр… хрр… хрр…» — захрустел механизм заряжания, который начали торопливо взводить мои «артиллеристы». А я проводил взглядом стремительно удаляющееся в сторону борейского когга каменное ядро. К сожалению, снаряд просвистел правее и дальше вражеского корабля.

— Давай еще раз каменным снарядом, — и поторопил начальника расчета. — Шевелись!

«Тщщ! Дац!!!» — короткий полет, ядро ударилось о поверхность воды и с тяжелом всплеском ушло на дно.

— Марко, выцеливай палубу. По головному коггу мне нужны попадания зажигательными снарядами, — мичман понятливо мотнул головой.

Следующее ядро попало в форкастль* ближнего к нам борейского корабля. Снаряд снес часть деревянного ограждения с парой изготовившихся к бою лучников. Попадание!

* — Кастли — поднятые платформы (кастли) на некоторых парусных судах, с ограждениями для стрелков (носовая башня — форкастль, кормовая — ахтеркастль).