– Я ушла из храма ради нас, ради нашего будущего, если такое вообще возможно. Боги Стихий молчат, не являются мне. Теперь меня некому защитить. Теперь у меня есть только ты, – она бросила на меня остро-пронизывающий взгляд.

– Даже если Боги Стихий от тебя отвернулись, один-то уж точно тебя не бросит. Тот, к которому ты сбегаешь по ночам, когда тебе плохо, ну или когда скучно.

– Я не сбегаю! Иногда, если только. В остальном он сам меня завет!

– Темный Бог?

– Ну да… Скучно видимо ему. В этом его темном, пыльном храме.

– Таира, Таира, – я вытащил из кармана артефакт.
– Позволь узнать, откуда оно?

– Торговец подарил. Почему оно у тебя?

– Подарил? Такое просто так не дарят.

– Ну не просто так. Я ему выручку хорошую сделала, вот он и подарил. А что? – она потянулась за украшением, но я тут же его спрятал. Не хотел, чтобы она касалась этой проклятой вещички.

– Это тебе не стоит носить.

– Но почему? Что с ним не так?

??????????????????????????

– Я давно искал эти камни. Кто бы мог подумать, что они все это время были у тебя. Это таинский камень из чертогов. У него разные свойства. Например, он притягивает нечисть, и монстров. Так что возможно Рауну убил именно монстр бездны. Ты сама видела вчера, и поверь, это был не самый их страшный облик.

– Какой монстр аккуратно достанет сердце из своей жертвы? Чтобы ты не говорил, я уверенна, что Рауну убил какой-то психопат-маньяк.

– Кто?

– Маг с черным, гнилым сердцем, вот кто!

– Почему ты так отчаянно защищала монстров… Зверей этих?

– Потому что они защищали меня! – бестия разозлилась. Её глаза потемнели, а энергия стала, словно море во время урагана.

– Ты считаешь, что я могу тебе навредить?

– Они защищали от твоего брата… Мне так показалось. Белый волк давно ходил по территории академии, ты же сам видел! Хотел бы он меня убить, давно бы убил. А он как преданная собака терся всегда об мои ноги. Как я должна была реагировать?

– Они всегда безжалостно разрывают тех, в ком бьется сердце. Но то, что я увидел вчера, в корни меняет многое.

– Знаешь ли, есть у меня подозрение, что делают они это с теми, у кого темное сердце.

– Считаешь, что и у меня оно темное? – я разозлился… На самого себя. Ведь в чем-то она права. Убивая монстров, мы сами уподобились им… Хотя нет… Мы стали ими за долго до этого.

Желание поведать ей наконец таки то, кем я являюсь, отпало моментально. Она не готова… И я понял, что даже я к этому не готов.

Покинув столовую, я оставил её наедине. Алкин залился громом и ливнем. Здесь не было снега, но я чувствовал, что тут скоро все станет как саван.

– Ответь мне честно. Ну только очень честно, –тихий шепот бестии вывел меня из раздумий, и я взглянул на нее.
– Обещаешь?

– Обещаю.

– Скажи мне… Кто ты? – по ее лицу пробежала тревога. Хотя я и с закрытыми глазами ощущал, что она сейчас испытывает. Но даже Темному не под силу такой натиск женских эмоциональных страстей.

– Что ты чувствуешь, Таира? – подошел к ней, не решаясь коснуться.

– Ну...

– Посмотри на меня, – большим пальцем очертил ее губы и приподнял голову за подбородок, чтобы встретиться с её кристально-голубыми глазами.
– Назови моё имя.

Сжатое в руке красное яблоко, оказалось в миллиметре от моего лица. Я сжал её руку и надкусил ярко-красный плод. Понял, что она догадалась, и подозревал, что уже давно, но ощущал в ней сомнения на уровне с интересом. Тяжело было держать её в неведение. В первую очередь это было испытанием для самого себя. Ведь моя любовь к ней росла с каждым днем все больше и больше. Но я не знал, как она отреагирует на то, кем я являюсь на самом деле.

– Яблоки, что ты мне приносишь, очень вкусные, но не вкуснее тебя.

– О Боги…– фрукт выскользнул из руки, а на её лице читался ужас.
– Ты и вправду Ваал! – отстраняясь от меня, она вжалась в столешницу. Меня окутала её максимально сильная эмоция стыда и смущения, чего я изрядно не ожидал.

– Твоё удивление удивляет меня не меньше. Я, конечно, знал, что ты отреагируешь с энтузиазмом, но не думал, что с таким, – смотрел как её щеки заливаются румянцем.
– Ты всем сердцем верила в моё существование, хотя ни разу не видела меня. А сейчас, что не так?