Было очевидно, что старик стоящий или вернее парящий с ужасающим выражением лица, внезапно стал чрезвычайно враждебным. Его глаза искрились гневом, а его манера поведения говорила о том, что он готов сразиться с чем-то, что только что возникло перед ним.

За его спиной, то там, то тут появлялись вспышки яркого белого света, похожими на разряды молний. Это говорило о силе, которая, казалось, могла разорвать что угодно. Сквозь эти сверкающие полосы света я различал десятки высоких черных фигур, которые держали в руках длинные клинки. Они мгновенно появлялись из темноты, вставая полукругом около своего призывателя и готовясь к прыжку.

Я шагнул вперед, пытаясь вызвать у старика интерес, несмотря на его начальное недовольство.

— Скажите, мастер, а что вы знаете о «Звезднорожденных магах»? — мой голос звучал тихо и уважительно. Я прочитал об этом однажды в библиотеке и мне показалось, что я догадывался о природе этого мага.

Такие самородки рождались раз в столетия и были слишком хороши даже для обучения в имперских академиях. Говоря попросту их природный дар был настолько силен, что у них не было нужды обучаться там.

Старик мгновенно приободрился от этого вопроса. Старые глаза, забитые морщинами, загорелись живым светом. Он убрал руки, которые до этого были скрещены на груди, и внимательно посмотрел на меня.

— Сейчас не подходящее время для таких разговоров, — прозвучал его ответ, словно призывая меня подождать. С небольшим шагом назад, старик окинул взглядом нас троих, словно исследуя наши лица, наши намерения. Его голос стал более мягким, и он попросил. — Пожалуйста, представьтесь, мои юные гости.

— Зачем? — спросила Алина, в ее голосе звучала легкая нотка скепсиса.

— Потому что это основное, что следует сделать, прежде чем маг станет иметь дело с кем-либо, — улыбнулся старикан с ноткой высокомерия. Его улыбка словно подразумевала, что он знает что-то, чего мы еще не поняли. — Как насчет тебя, молодой аристократ? Мне слышно, что твои сподвижники утверждают, будто они из клана Черкасских. Ты тоже к ним принадлежишь, верно?

С воодушевлением и гордостью в голосе я представился, чтобы навсегда оставить отпечаток в памяти старика:

— Я — Димитрий Черкасский, старший сын герцога Черкасского, текущего главы семьи Черкасских, и заместителя командира Имперского Высшего Командования.

Старик, внимательно осматривая меня, поднял брови:

— Уж не думаешь ли ты, что название семейного клана Черкасских может меня напугать? Я видывал и пострашнее, и где они все теперь? Просто пыль истории затерявшаяся в веках.

Он был старше меня в несколько десятилетий и выглядел, как человек, обретший мудрость веков.

— Ты всё ещё ребенок, почему ты здесь? — спросил старик, его глаза встретились с моими.

С уверенностью, не позволяя нерешительности взять верх, я ответил:

— Мы пришли, чтобы уничтожить монстра, который терроризирует окрестности и вредит моим подданным.

В ответ на мои слова старик медленно кивнул, выразив одобрение своим взглядом.

— Могу я узнать ваше имя? — спросил я, пытаясь установить хоть какой-то контакт с этим загадочным старцем.

Старик усмехнулся и его голос, словно эхо давних времён, ответил:

— Моё имя не имеет значения. Но если вам интересно, меня зовут… Эрантос аль Дарвинел Алькор Винглейд Стеларис Морг.

Он произнёс это невероятно длинное имя на одном дыхании, что ошеломило не только меня, но и моих спутников. Название, словно мантра, звучало мистически и таинственно. Каждый маг имел одно имя, как Ренгардт, например.

Даже архимагистр имперской магической академии имел лишь три имени в своем статусе мага. Но маги с множеством имен были чрезвычайно редки и практически легендарными созданиями из самых глубин веков.

Но старик, будучи человеком опыта, не терял времени и перешёл к сути дела:

— Так называемый монстр принадлежит мне, и если вы хотите забрать его, то вам придётся сразиться со мной.

Наши взгляды сошлись в непримиримой схватке, и в тот момент я понял, что перед нами стоит легендарная фигура, готовая защищать свое владение до конца.

Внимание собравшихся сосредотачилось в одной точке, как если бы время замедлило свой ход.

Я стоял там, в самом центре этой драматической сцены, мои глаза были широко раскрыты, словно не веря тому, что видят. Люди, привлеченные неожиданным инцидентом, окружили меня, и гвардейцы, выдвинув мечи, прицелились на старика, изливая обвинения.