Семья Бариновых была в числе аристократов. Правда, и этот билет оказался изрядно помятым. Несмотря на аристократическое происхождение, Бариновы сейчас находились в глубокой, кхм… в глубоком кризисе.

Денег еле хватало на выживание, и с каждым днём положение лишь ухудшалось.

В общем, в конце тоннеля не брезжило даже искорки света. Там было темно, как в ту самую ночь, когда Женя родился.

— Ничтожество… — прошептал Баринов, глядя на себя в потухший экран смартфона. — Бессмысленный червь.

— Женечка! — раздался вдруг звонкий женский голос. В нём отчётливо улавливались хмельные оттенки, и оно не удивительно, ведь в гостиной на пару с кухней находилось несколько десятков бутылок с алкоголем.

В этот момент внутри Баринова что-то оборвалось. Он с болью заставил повернуть свою застывшую шею в бок, чтобы увидеть её… Юлю.

«Женечка?..» — повторил про себя парень, не понимая, что происходит. Ему казалось, что на него свалилось что-то бесконечно тяжёлое и невидимое, и теперь он доживает свои последние секунды.

Юля прошагала до коричневого кресла своей коронной походкой и уселась на подлокотник. Полубоком повернулась к Жене, и теперь её выдающиеся бёдра находились непозволительно близко к его глазам. Он уставился на них, как на что-то невозможное. Будто это не женские бёдра, а какая-то инопланетная форма жизни.

Парень испуганно отвернулся от девушки и начал разглядывать узоры на паркете. О том, чтобы посмотреть Юле в глаза — не могло идти и речи.

— Привет, Женечка, — произнесла девушка и стала ёрзать на подлокотнике, кожа которого поскрипывала. Хотела устроиться поудобнее. И когда у неё это, наконец, вышло, Баринов вымолвил дрожащим голосом тихое «Привет».

«Женечка…» — снова подумал про себя парень.

— Чего ты тут один скучаешь?

— Не знаю… — ответил Баринов и бросил все свои силы на то, чтобы восстановить сбившееся дыхание.

— А я знаю почему, — сказала Юля и загадочно хмыкнула. — Потому что все здесь собравшиеся — те ещё кретины. Тупые и банальные. Только и делают, что пьют и отпускают несмешные шуточки. Успела наслушаться этого за последние годы. Я угадала?

— Ну… — промычал Женя. — Возможно, ты права.

— Но ты не такой, — заявила девушка.

«Господи, да что происходит…»

— Правда? — спросил парень и предпринял попытку поднять голову на Юлю, но, встретив препятствие в виде длинных ножек, вернулся к узорам на паркете.

— Конечно! — воскликнула Юля и положила руку на плечо Жени.

«Держи себя в руках… держи себя в руках»

— Ты тоже… от них отличаешься, — удивившись собственной смелости, произнёс Баринов.

— Ой, спасибо… — ответила девушка и, наверное, улыбнулась. Но Женя не мог этого видеть, хотя и представил у себя в голове её милые ямочки.

«Ничего не понимаю…»

— Слушай… торжественный ужин мы пропустить не можем, так как Ярослав обидится. День Рождения ведь, как никак. Но вот после него… проводишь меня до дома?

«Сон… это лишь бредовый сон»

— Да, конечно, — чуть осмелевшим голосом ответил Баринов.

— Вот и славненько, — произнесла Юля и поднялась на ноги. — Увидимся.

— А это не так уж и страшно, — заключил Женя, когда девушка удалилась на безопасное расстояние.

Время до торжественного ужина пролетело незаметно. Да, Баринов всё так же сидел, вжавшись в кресло, но ему хватало и этого. Он с головой был погружён в мысли о девушке своей мечты и даже перестал беспокоиться из-за возможных унижений.

К слову, ничего криминального даже не произошло. Женю лишь раз задели плечом, когда он заходил в уборную, но и это не вылилось во что-то большее.

Парень настолько потерял бдительность, что даже не заподозрил неладного.

Решил, что жизнь с этого момента перевернулась, и со спокойной душой отправился в обеденную комнату. Уселся за свободное место и начал ждать, пока соберутся остальные. Вернее, ждал он только одного человека — Юлю. И когда та села неподалёку от него, удовлетворённо вздохнул.

Одноклассники скрипели стульями, журчащий алкоголь разливался по бокалам. Баринов достал из кармана зелёную фасолину, что нашёл сегодня у фонтана.

«Спасибо тебе. Неужели не всё ещё потеряно?» — с радостью на душе подумал парень, и в следующую секунду в голове что-то взорвалось.

Отталкиваюсь ногами от столешницы и заваливаюсь на пол вместе со стулом. Перекатываюсь назад и встаю на ноги. Удар жирдяя приходится в молоко, плюс — он явно не ожидал такого манёвра. Это выиграло для меня время, и я успел подхватить стул, да сломать его об мощную спину.