Тук-тук, тук-тук… К стуку его собственного сердца присоединился еще один равномерный и сильный звук — стук сердца генерала. Тук-тук, тук-тук и мир поплыл перед внутренним взором Алика. Сила генерала окутала его, казалась огромной, как один раз виденный Аликом океан. Такой же обманчиво спокойной, но затягивающей в свои глубины. В Алике на мгновения всколыхнулся страх, затем что-то темное, злое, которое Алик пинком загнал в дальний угол своей души. А потом пришла серая пустота. Пустота двигалась, отдалялась и Алик понял, что видит море. Серое море под серым небом, затянутым огромными мрачными тучами. Серый берег и серая фигурка на нем, слишком тонкая, чтобы быть мужчиной. Алик силился разглядеть ее лицо, но оно не давалось, ускользало. Картинка сменилась, и Алик снова увидел виденную ранее в мозгу Палия картину, как он юный и бесстрашный, под одобряющую улыбку Алии отпускает ее руку и подходит к огромному и грозному на вид белому жеребцу. Как Палий аккуратно кладет ладонь на круп жеребца и легко впрыгивает на него. Как Алия издали смотрит на гарцующего Палия и на ее совсем юном лице расцветает гордость и нежность. Как какой-то громкий звук отвлекает Палия, он резко оборачивается и выпускает поводья. Как жеребец, почувствовав слабину, резко вскидывает задние ноги и Палий летит вперед. Как кричит Алия над телом Палия, а из ее рук к его распластанному телу медленно текут серые молнии. Как серость постепенно заполняет все вокруг, скрывая картинку, убаюкивая, успокаивая. Только стук сердца разрывает серость и тишину. И снова темнота поднимается из глубин сознания Алика, принимая форму человека, лицо которого Алик разглядеть не может. Не хочет и боится. Как снова чувствует вокруг себя магию герра и, пугаясь, загоняет неприятный образ внутрь.

Алик резко открыл глаза. Эн.герр, сидящий напротив него, тоже медленно и устало посмотрел на помощника.

— Поздравляю тебя, мой ученик, — в голосе Эн.герра слышалась сдержанная похвала. Алик замер — очень редко герр называл его учеником, это всегда были моменты, в которых генерал сильно гордился и радовался за него. — У тебя получилось вернуться в видение и зацепить его.

— Это, — Алик прочистил пересохшее горло, — это было правдивое видение? Или мои фантазии?

— Про Палия и Алию правдивое. Я чувствовал ветры времени. В отличие от твоего деда, — Эн.герр устало улыбнулся, — я не могу ими управлять. И не могу их видеть. Но вот чувствовать — вполне. А вот самое первое… — генерал задумался. — Тут я не буду даже ничего предполагать. Мы увидели то, что должны были и рано или поздно поймем, о чем оно.

Алик задумчиво замолчал. Эн.герр практически чувствовал, как шевелятся мысли в голове у помощника — усталые, тяжелые. И ждал. Ждал того самого вопроса, который осознанно пропустил вначале. И дождался.

— Генерал? — голос Алика звучал тихо, — а зачем вам все это? Вы всерьез рассматриваете младшую?

— Алик, — улыбка Эн.герра слышалась в его голосе. — Если бы я знал… У меня есть какие то странные предчувствия, мысли, тем более, — тут герр хитро глянул на помощника, — в твоем списке Алия была.

— А вот в списке Императрицы — нет, — твердо ответил Алик. — Я помню, я тогда очень удивился, что…

— Что из трех дочерей в семье рекомендуют только двух? — Эн.герр иронично поднял брови.

— Да, — кивнул Алик, не открывая глаз. — Я подумал, что это из-за возраста. Потом — из-за того, что в Алие нет магии, Императрица должна знать об этом. А сейчас, генерал, сейчас мне на ум приходят какие-то совсем дикие догадки. Да и вообще, генерал, — голос Алика звучал все глуше, — она слишком, слишком…

— Какая? — тихо спросил Эн.герр, вглядываясь в расслабленное лицо помощника.

— Странная… — голос Алика затих, и Эн.герр понял, что он уснул. Эн.герр устало потер лоб рукой, разлохмачивая начавшие отрастать светлые волосы. Он не зря до последнего расспрашивала Алика, на границе сна и яви после медитации и сильных потрясений ветра раскрывали потоки вероятностей и Нойрат могли увидеть многое. Главное, задавать правильные вопросы в этот момент. А вот насчет последнего Эн.герр как раз и сомневался.

«Какая она?» — тот вопрос, который уже сутки крутился у Эн.герра в голове. Его редко так заботили женщины, даже к поискам своей предполагаемой жены он относился с позиции оптимального выбора. Но тут… Эн.герр прикрыл глаза и перед закрытыми веками тут же встали встрепанные светлые волосы, глаза цвета грозового неба и тихое «вы тоже видите?». Он глубоко вздохнул и понял, что как ни странно, даже плащ сохранил ее запах — нос щекотал запах чего-то ледяного и свежего.

Эн.герр встряхнул головой и поднялся на ноги одним легким движением. Посмотрел на спящего Алика, голова которого была откинута на спинку дивана в весьма неудобной позе и ухмыльнулся. Сходил, открыл дверь в комнату помощника, скинул покрывало с кровати на пол. Вернулся в гостиную, и поднял юношу на руки. Несмотря на худощавое сложение, весил Алик немало и поэтому Эн.герр призвал на помощь магию, скидывая часть веса Алика на нее. Отнес помощника в комнату и аккуратно уложил на кровать. Выпрямился и, фыркнув, призвал сброшенное покрывало и укрыл парня. Лицо Алика во сне разгладилось, и он выглядел сейчас намного моложе своих двадцати двух лет. Эн,герр с минуту постоял, понаблюдал за помощником и вышел, с тяжелым вздохом притворив за собой дверь. И не услышал, как во сне Алик тихо прошептал женское имя.

Утро встретило Эн.герра тяжелыми тучами, достающими, казалось, до вершин деревьев. Герр потянулся, расстегнул плащ, в котором провел всю ночь, и, спрыгнув с кровати, подошел к окну и распахнул его на полную. Воздух, как ни странно, был теплым и тяжелым, наполненным ароматами недавно прошедшего дождя и влажной земли. А вот земля была усеяна чем-то белым, похожим на снег. Эн.герр пригляделся и с удивлением понял, что это лепестки яблонь, которых похоже, вчера сорвало сильным дождем и ветром. С тоской подумав об уличном душе, он вспомнил вчерашний конфуз и решил ограничиться душем в домике.

Не спеша принял душ, переоделся и отправился будить Алика. Во-первых потому, что вчера они еще обо всем не договорили, а во вторых есть хотелось жутко, а идти на завтрак без помощника было бы в высшей степени невежливо. К удивлению Эн.герра Алик обнаружился уже в гостиной, сидящим на полу и медитирующим. Эн.герр тихонько присел напротив и попробовал снова настроиться на помощника. Почувствовал пульсацию силы, которая по его ощущениям стала сильнее, он понял, что Алик снова пытается поймать ветра изменчивости.